— Только не говори мне, что ты посмела влюбиться в ЭТО!
Я делаю шаг вперед, закрывая собой Аврору. Женщина пренебрежительно хмыкает и смотрит на меня как на мусор у нее под ногами. Меня это должно задеть? Мне на удивление похер на такое отношение. Я переживаю совсем за другое.
— Да я отсюда чувствую, как от него воняет дешевым одеколоном. Аврора, не смей прятаться за этого мужлана, когда с тобой разговаривает мать!
— Я бы попросил вас сбавить тон. В мой адрес вы можете говорить что угодно, но с ней не стоит так разговаривать.
На мою реплику у матери Авроры совсем не эстетично приоткрывается рот. Ну сорри. Я свое защищаю как могу. И вежливо, между прочим.
На лестнице, ведущей на второй этаж, появляется мужчина в черных брюках, серой рубашке с небрежно расстегнутой верхней пуговицей и закатанными до локтя рукавами. От его взгляда по позвоночнику пробегается неприятный холод и тут же исчезает, потому у меня за спиной за мою куртку пальчиками цепляется Аврора, и я чувствую, как ей страшно.
— Кто такой? — мужчина спускается к нам и подходит ближе, тоже рассматривая меня с ног до головы.
— Марат, — представляюсь я. — Нам бы поговорить. Если можно, без присутствия женщин.
— Нет, — слышу шепот за своей спиной.
— Аврора, в свою комнату, — приказывает ей отец. — И не сметь выходить оттуда, пока я не позову.
— Папа, пожалуйста, — она выглядывает из-за меня.
Одного его взгляда оказывается достаточно, чтобы дочь подчинилась. Я не возражаю. Не надо ей слышать мужской разговор. Он явно будет происходить на повышенных тонах.
"
"Меня же приглашают следовать за хозяином дома. К нам присоединяются два похожих друг на друга шкафа килограмм по сто двадцать каждый. Проходим в кабинет, а мебель остается за дверью.
— У тебя три секунды, — разворачивается ко мне отец Авроры, — чтобы объяснить мне, что ты делаешь рядом с моей дочерью.
— Люблю, — выбираю самое подходящее слово.
— Любишь? — хрипло смеется он. — Мальчик, ты ничего не перепутал? Или тебе наскучили дешевые девки из твоего мира, ты решил влезть в мой?! — он идет к сейфу, набирает код и вновь поворачивается ко мне уже со стволом в руке.
Демонстративно передергивает затвор и кладет оружие на стол так, чтобы я его видел.
— Я действительно люблю вашу дочь, — смотрю ему в глаза. Мужик удивляется, но делает вид, что это не так. — Мы встречаемся чуть больше двух месяцев и уверяю вас, это серьезно.
Он нервно дергает рукой и снова берет в руки пистолет. Медленно идет ко мне, играя желваками.
