Марат

Вдруг опускается передо мной на колени, окончательно и бесповоротно штаны между ног, причем сразу вместе с нижним бельем, трусы рвет.

- Ты моя личная рабыня, - чеканит он, смотрит снизу и вверх и с широкой ухмылкой прибавляет: – А я твой послушный раб. Часами всю тебя готов вылизывать."

"- Марат! – осуждающе вскрикиваю, отпрянуть пытаюсь.

Однако напрасно. Зря. Теперь любые старания окажутся тщетны.

Мужчина жестко удерживает меня за бедра на одном месте, не позволяет сбежать, даже в сторону отодвинуться не позволяет.

Рай в шалаше - 4

- Да, - продолжает порочно ухмыляться. – Если бы кто меня так месяц назад назвал, я бы ему глотку зубами разодрал. Но от правды глупо скрываться. Мой язык ничего круче тебя не пробовал. Позора тут не вижу.

Марат и здесь ведет. Его язык проникает внутрь не менее мощно и жестко, чем мог бы проникнуть член. Щетина карябает нежную кожу, но это лишь сильнее заводит меня, уводит за грань.

Он буквально впивается ртом. Вгрызается. И в то же время практически усаживает к себе на лицо.

Подчиняется? Нет. Никогда. Порабощает.

От его напора колени подгибаются и бедра слабеют, но мужские пальцы крепко удерживают мои дрожащие ноги, не позволяют упасть.

Марат вылизывает меня настолько жадно и яростно, будто сожрать хочет, напрочь опору выбивает. Это как будто острыми когтями по тончайшему шелку вести. Но не рвать, не раздирать, не ранить. Просто давать прочувствовать силу. Скрытую жажду, жестокость. Держать на краю, а в бездну не толкать.

Он имеет меня.

Обладает мной. Безраздельно. Всецело. Даже сейчас, стоя на коленях, преклоняясь, лаская таким унизительным способом. Для себя унизительным. Неприемлемым. Чужеродным. Другую женщину он бы так не касался, не подпускал настолько близко.

Тело дугой выгибает, током простреливает, пронзает разрядами, на части рвет.Я цепляюсь пальцами за голову Марата, провожу по коротко стриженным волосам, пополам сгибаюсь. Грудь продирает утробный стон.

Я теку ему прямо в рот. Бесстыже. И он все это принимает.

Трогает меня дальше. Изучает языком. Так разнузданно скользит внутри, что перед глазами темнеет, и я забываю, где мы и кто.

Я бы хотела ему отсасывать подобным образом. До звона в ушах. Как он меня брать... и покорять, сокрушать, возвышать.

Марат отстраняется, поднимается, разворачивает мое обмякшее тело спиной к себе и насаживает на член. Вбивает бедра в бедра жесткими рывками, начинает трахать на свой манер, в своем излюбленном стиле.