Марат

От кольца жертвы. От той жуткой драгоценности, которую мой жених надел на меня, обрекая на гибель.

Судорожно сглатываю. Боюсь испытывать облегчение. Однако это случается чисто на автомате. Ком в горле исчезает, растворяется. Напряжение в груди унимается, затихает. Волнение отступает, потихоньку откатывается назад, отливает от берега волнами. И вот, во истину чудо из чудес: кажется, снова могу дышать.

Проклятье. Страшно сглазить. Я успела стать слишком суеверной. Человек науки. Ученый, исследователь. А боязно от глупостей.

Поглаживаю тонкий след пальцами, будто безотчетно пытаюсь стереть. Увы, я успела загореть на Мальте, да и потом видимо солнце добавило. Ладно, скоро все пройдет.

Ничто не вечно. Даже ненависть. Даже долг.

А любовь?

Усмехаюсь. Все так зыбко и хрупко. Как будто не по-настоящему. Как будто не со мной. Раньше я взвешивала и выверяла каждый свой шаг, а потом… на моем пути возник ОН. Сбил дверь с петель, сорвал, будто ураган, в щепки мир разнес, разворотил, разодрал.

Мысли путаются. Ощущения смешанные. Сердце болезненно сжимается, когда думаю о матери. И хоть Марат обещал, что Татарин донесет до нее правду, успокоит и оградит от всего дурного, на душе неспокойно. Возможно, я вообще никогда не увижу маму.

Нельзя рисковать. Надо соблюдать осторожность. Скрываться. Сколько? Долго?

Всю жизнь. Горько. Больно. А выход один. Единственный шанс.

Выбирать не приходится. Так сложилось, что мы можем спастись лишь этим путем.

Я ловлю себя на том, что хочу включить свет. Зря. В этом доме нет электричества. Лесная глушь. Ближайший населенный пункт находится за тысячи километров отсюда.

Это место чудом сохранилось. Пристанище лесника. Логово отшельника. Повсюду паутина, клубы пыли носятся по полу. Может, и хорошо, что ничего не видно?

Мы не можем покинуть страну сразу. Слишком опасно. Марат уверен, нас все равно будут искать, даже после того взрыва, после филигранной инсценировки страшной гибели.

Придется ждать. Примерно месяц. Залечь на дно, отсидеться в глуши. Потом уедем, причем на автобусе. Никаких самолетов, там легче отследить, поймать нить.

- Прости за такие условия, - говорит Марат, когда мы заходим в дом. – Не было времени искать. Развалюха подвернулась первой, пришлось брать, что попало.