Затолкав девушку в свой кабинет, он прикрыл за ними дверь.
Марфа встрепенулась, услышав щелчок замка.
— Посмотри по сторонам, — начал Алекс. — Давай — давай, внимательно осмотрись. Как по — твоему, что тут самое ценное?"
"Марфе не нужно было много времени, чтоб сориентироваться. Она знала прекрасно — каждая из стен увешана наградами от той или иной модной ассоциации, как знак признания безоговорочного влияния Лосано на фэшн — индустрию.
Подойдя к стене, находившейся по правую руку себя, Марфа начала медленно продвигаться вдоль стеллажей, на которых красовались фотографии Алекса с влиятельнейшими людьми мира, от политиков и выдающихся спортсменов до моделей топ — уровня и главных редакторов самых модных из глянцевых журналов.
Каждый выглядел так, что было ясно — компания Лосано была для позирующего очень лестной и значимой.
Некоторых из запечатленных людей Марфа знала лично, с кем-то была заочно знакома, о ком-то могла только с благоговением думать. Но дойдя до стола Алекса её взгляд упал на его совместное фото с дочерью.
На снимке он держал малышку на руках и едва ли не светился от счастья, пока она весело оттопыривала его уши в сторону, придавая образу отца черты обезьянки. В огромной рамке, висящей на столе за рабочим столом, имелось великое множество маленьких снимков семейства Лосано, на некоторых даже Марфа попала.
«Когда только успел» — подумала Марфа, заметив снимок с фэшн — шоу, проходившего пару дней назад. Она даже не заметила, когда их троих фотографы поймать успели.
Против воли настроение начало подниматься.
Малышка Лилит закинув голову, с восхищением смотрела на отца, в её взгляде было столько тепла и обожания, что сердце щемить начинало.
Марфа вспомнила себя в схожем возрасте.
О, её любовь к отцу была безграничной. Словами не описать. Она могла бы в подробностях вспомнить каждый проведённый совместно с папой день. И не потому, что таких было мало. Отнюдь. Просто каждый из них был наполнен любовью и волшебством. Несмотря на показательную сдержанность и даже строгость, Михаил души в дочке не чаял, безмерно любил и заботился, выполняя любые прихоти маленькой шалуньи.
К ни го ед . нет
— Как ты верно сразу курс проложила. Говорю же — особенная, — подойдя к столу, Лосано бедром оперся о массивную столешницу и скрестил руки на груди. — Когда Оливия сообщила о беременности, я растерялся. Понятия не имел, что делать и как перестроить свой график. Не мне тебе рассказывать о чрезмерной занятости и отрешенности от всеобщего мира.
