Игорь обхватил ладонью локоть покачивающейся Марфы, чтобы она себе нос ненароком не расквасила.
До чего же строптивая бабенка попалась. Он что — ли виноват, что она с бухлом слишком сдружилась?!
— Ты бываешь когда — нибудь довольной? — стараясь казаться беспечным, спросил он.
— Никогда, — фыркнула Марфа весело.
Она посмотрела на своего спутника и улыбнулась. Вот, теперь он ей начинал казаться симпатичным. Даже выкрашенные в белый цвет волосы не казались ужасными. Хотя… станет ли нормальный мужик красить волосы?
«Точно нет!» — категорично, но икая, подсказало ей пьяненькое сознание.
— Ты спор проиграл? — задушевно поинтересовалась Марфа.
— С чего ты взяла? — Игорь удивившись, вскинул брови и ответил вопросом на вопрос.
«Мимика у парня живая и очень обаятельная» — отметила она про себя.
— Нууу, я бы могла предложить, что ты повелся на какую — нибудь вывеску, а — ля «Быстро и качественно подстрижём вас за сто пятьдесят рублей», но ты же у нас якобы парень известный, — Марфа поморщилась, словно ей в рот, нет, на этот раз не кошки, а лимонного сока налили.
Она вспомнила, как всё время, что они были в аэропорту кто-то да пытался с Игорем сфотографироваться. — Не можешь ты быть жмотярой таким. Значит с тобой это согласовывала, — взмахом подбородка она указала на его светлые пряди.
По мнению Игоря беспардонность девицы зашкаливала.
— Если мне зубы потребуется вставлять, обязательно к тебе обращусь. По — любому у тебя должна быть максимальная скидка. Ни за что не поверю, что ты до сих пор носишь свои.
Мы с парнями из команды, втроём, вместе покрасились. Предвкушая твои следующие вопросы — мы были трезвые и отдавали себе отчет. Просто надо было обновиться и настроиться на нужный лад, — Игорь вспомнил, как они, продув важный матч, посреди ночи вызвали своего парикмахера и он прилетел из другой страны, чтобы быстренько их обновить, настроив на волну побед. Повезло. Ему удалось. В ответном матче всё пошло как по маслу.
— А, ну так, конечно.
Когда брюнеты красятся в блондинов, у них всегда чакра успеха открывается, — с умным видом сказала Марфа и потащилась вперед.
Ноги уже её не несли. Хотелось лечь прямо тут. Ну и что, что лестница. Солнышко греет. К тому же, если она вдоль ступени ляжет, то точно поместиться. Благо они широкие, а она тощая.
«Точно! Ты тощая! В этом всё дело. Угадай почему Тоша решил сочную бабенку потрахать? Загадка века, блин» — подбадривал её внутренний голос.
