Марш экклезиастов

 — Они отравлены!

Тут бенедиктинец снарядил в небеса какое-то страшное ломбардское ругательство.

— Они бы и сами догадались, — тихонько прошипел поэт. — Но если бы кто-нибудь отравился… И нельзя же платить злом за добро!

Смертоносные объедки и недопитое вино с проклятиями выбросили.

— Кстати, что случилось с вашими обидчиками? — спросил Синдбад, когда трапеза — пусть не такая роскошная, как у разбойников, но зато более полезная — была закончена.

Дети Сасана были настолько пришиблены судьбой, что не сумели даже сплести приличную байку, отчего скакунам их ответов пришлось вплотную приблизиться к коновязи правды.

Аль-Баххар выслушал, но поверил или нет — сказать было трудно.

— Знавал я когда-то Абу Факаса, — сказал он. — Подлости бы у него хватило, а вот ума… Он ведь глуп, как Тити-белильщик и Дауд-давильщик вместе взятые. Всё это очень странно, и я не советовал бы вам в Багдаде искать правосудия у тамошних факихов и кази. Ведь недаром я почитаюсь в Городе Мира правдивейшим из правдивых, чьи слова не подлежат сомнению, благодаря рассказам о семи моих странствиях! Кроме того, этот медный таз я совершенно точно видел у халифа в бане… Если начнут дознаваться, как он к вам попал, то познакомитесь с клопами следственного зиндана, и это ещё не самое худшее… И не вздумайте предложить мне сыграть в фияль!

— Прости, достойнейший из моряков, — сказал насытившийся Абу Талиб.

 — Видит Аллах, наш нрав не таков. Доведи сирот до Багдада, а большего нам и не надо. Оставь нам несколько динаров и кое-что из товаров…

— Посох верните, синьор капитан, — мрачно сказал бенедиктинец.

 — Что за паломник без посоха?

— У городских ворот получите и посох, и джамбию, — сказал Синдбад. — Оружие — это святое. Жаль, что не встретились вы мне раньше. Таких лихих молодцов я бы охотно взял в команду, но увы, ухожу на покой…

— У мореходов обычай такой, — охотно подхватил Абу Талиб. — Когда пресытятся они морскими путями, то кончают с делами, корабль свой на части разбирают, а из этих частей в Багдаде дома воздвигают! Таких там целый квартал, я в нём бывал! Мореходы живут как вельможи — ведь у нас дерево камня и глины намного дороже…

— Постойте! — воскликнул брат Маркольфо.

 — Пусть я не моряк, но в чертежах земных немного понимаю. Если синьор капитан разбирал своё судно в доках, значит, мы находимся как раз на пути из Басры в Багдад!

— Разве что пришлось свернуть чуть в сторону из-за ваших воплей, — усмехнулся мореход.