Маршал Победы. Освободительный поход «попаданца»

В частности, во время первой атаки все двенадцать истребителей прошли сквозь строй бомбардировщиков на пределе и, проведя обратный иммельман, ушли по контркурсу. И все это на предельных скоростях. Конечно, было видно, что им непросто и особой верткости не наблюдается, но они шли в этом вираже на треть быстрее любого нашего истребителя.

– Если с планером проведены такие изменения, то можно ожидать и замены начинки?

– Да. Тем более что вооружение заменили. Теперь в носовой части фюзеляжа стоят тридцатимиллиметровые автоматические пушки.

Четыре штуки. Их характеристики пока уточняются, но полагаю, что эта советская пушка «ТАУ-30-40», сведения о разработке которой мы получали по разведывательным каналам. Разработка этого орудия была завершена еще в сороковом году, однако на вооружение ее пока не ставили. Советские истребители обходились крупнокалиберными пулеметами и двадцатитрехмиллиметровыми автоматами. По всей видимости, это вызвано тем, что достойных целей для тяжелой авиапушки просто не было, ведь истребителям СССР приходилось сражаться с фронтовой авиацией.

– Почему советская? У немцев тоже была тридцатимиллиметровая пушка.

– Советская пушка лучше, причем в ее боекомплект также входят М-снаряды, сделанные по более простой и дешевой технологии. Фактически русские смогли довести до ума немецкую пушку, несмотря на то что их разрабатывали разные коллективы в разных странах, находящихся в состоянии войны.

– Вы ведь понимаете, что это катастрофа? – тихо произнес генерал. – Этот истребитель ставит жирную точку в наших бомбовых ударах по промышленным объектам на территории Германии.

– Хм. Эти самолеты были серийными?

– Сложно сказать, сэр. Учитывая первое упоминание, рискну предположить, что это фронтовые испытания новой машины.

– И через несколько месяцев они начнут поступать в полки ПВО Конфедерации, – раздраженно произнес генерал.

– Скорее через полгода, сэр. А то и позднее. Дело в том, что у семи из двенадцати истребителей после второй атаки наблюдались проблемы с двигателями.

Все-таки они еще очень сыры.

– Это не могли быть случайные попадания?

– Маловероятно, – неуверенно произнес штаб-офицер.

– А я так не думаю, – настоял на своем генерал. – Так и запишите, что семь реактивных истребителей было повреждено огнем.

– Из-за неисправности двигателя один реактивный самолет противника потерял тягу, и пилот его покинул, выпрыгнув с парашютом.

– Отлично. Значит, один сбит, семь повреждены, остальных отогнали.