Маршал Победы. Освободительный поход «попаданца»

Нарком смотрел на небольшой листок бумаги с небольшой радиограммой, полученной от берлинской агентуры, и думал.

– Когда ее получили? – Спросил Берия после секунд тридцати тишины.

– Пятнадцать минут назад. Расшифровали и сразу к вам.

– Хорошо, – кивнул он старшему майору. – Можете идти.

– Вы уверены? – спросил Уинстон после нескольких минут молчания.

– Полностью. Отслеживая финансовую активность в Латинской Америке, мы заметили странные транши. Нас сильно насторожила сама идея – кому сейчас вообще могло это понадобиться кроме тех, кто желал подготовить себе тылы.

– Вы полагаете, что адмирал жив?

– Это вероятно. По крайней мере, мы полагаем, что он либо снова скрылся, заметив слежку, либо был захвачен.

– Захвачен? Вы полагаете, что это был захват?

– Да. Вполне. Хотя, конечно, версия ограбления тоже вполне вероятна. Есть основания полагать, что на загородной вилле, где проживал адмирал после бегства из Германии, хранилась довольно крупная сумма в наличности и различных ценностях.

– Странно. Если честно, версия с ограблением мне не очень нравится. Какой смысл в этом случае забирать адмирала?

– Ничего странного. Если они знали, кто перед ними, то захват позволяет получить еще средства. Ведь адмирал, по всей видимости, готовился заранее к бегству. Наши аналитики считают, что привлекшие наше внимание транши говорят в пользу этой версии.

– Значит, адмирал жив, – тихо произнес Черчилль.

– Нет. Все было чисто. Хотя разгром там творился знатный – все перевернуто вверх дном. Полагаю, что если там какие документы и были, то их забрали с собой грабители. Ведь их можно продать заинтересованным лицам.

– Пока они не всплывали?

– Нет, но не думаю, что их предложат нам.

– Почему? – удивился Черчилль.

– Теоретически мы можем отследить канал поставки и выйти на похитителей. Полагаю, они уже в курсе, что мы будем заинтересованы в полной зачистке всех свидетелей.

– А кому они нужны? – улыбнулся Иден. – Рейху сейчас не до этого. Штаты, я полагаю, и так в курсе. Остаются только Япония с Союзом. Но им эта информация мало что даст. Тем более что мы вполне можем сделать хорошую мину при плохой игре.

– Думаете, это сойдет нам с рук? – со скепсисом переспросил премьер-министр.

– Более чем, – кивнул Энтони Иден. – Разве что самого Канариса продадут.