Маршал Победы. Освободительный поход «попаданца»

Да, несколько более нервозная, чем обычно, но это уже и не так важно. Даже общественный транспорт ходил со строгим соблюдением расписаний и режимов. На этом специально настаивал маршал. Ибо, как бы тяжело ни было стране, никто об этом не должен был знать. Ставились спектакли, снималось кино, работали кафетерии, закусочные, рюмочные и прочее. В магазинах достаточно свободно продавались продукты питания и прочие товары народного потребления. Чуть менее обильно, нежели до войны, но все же. Аналогично обстояли дела и в других крупных городах Союза.

Безусловно, это требовало очень серьезного напряжения сил, но было нужно. Крайне нужно. Потому как по таким крупным объектам постоянно шныряли вражеские шпионы и информаторы. Их было не так много, но они имелись. И от этих кадров шли ручейки информации в Вашингтон, Лондон, Берлин, Рим и прочие столицы мира. Никто, никто не должен был даже предположить, что Советский Союз сражается с немцами, напрягая все свои силы. Да, это было действительно не так, ибо война складывалась значительно менее напряженной и страшной, нежели помнил маршал. Однако этим стервятникам даже намека нельзя было давать. Даже подозрения.

Ради чего в августе намечался весьма масштабный автопробег от Ленинграда до Владивостока. А на январь-февраль – грандиозные спортивные мероприятия – Всесоюзная зимняя Спартакиада. Кроме того, заканчивалась верстка и подготовка к кинопрокату монументальной ленты «Спартак», которую сразу дублировали с русского на десять наиболее популярных языков мира.

Напечатали даже буклет, правда, тоненький, но зато на глянцевой бумаге с цветными фотографиями актеров. В сущности, готовилась первая в истории полноценная мировая премьера с кучей куда более поздних атрибутов.

Советский Союз рвался от напряжения на части, стараясь обеспечить не только военный успех, благо что его фундамент опирался не только на экономику, серьезную разведывательно-диверсионную работу, науку, армию, но и на мирную жизнь. Причем приводились задумки в исполнение с упрямством и напором тяжелого бульдозера.

И практически везде торчали уши беспокойного маршала, перемалывающего своим личным участием очень многие бюрократические проблемы и недоразумения…

Тухачевский стоял на мосту через Москву-реку и любовался открывающимися видами Кремля. В те недолгие часы, в которые он мог немного отдохнуть, вместо сна Михаил Николаевич наслаждался вот такими прогулками под ручку со своей Ольгой.