Не говоря о прочем…
– Вопрос столь деликатного свойства, что требует некоторого уединения. – Мурфи жестом указал на портье, который был чрезвычайно занят конторской книгой. – Обещаю, дело исключительной важности…
– У меня нет и не может быть с вами никаких дел.
Мурфи согласно поклонился.
– Понимаю вашу досаду… Позвольте заметить, что я был крайне опечален произошедшим и выражал вам сочувствие.
Калиосто не мог вспомнить ни одного зрителя в «Ребусе», который бы выражал нечто похожее на сочувствие. Только презрительные ухмылки и смешки.
– Пришли, чтобы напомнить и сделать мне больно? – спросил он.
– Ни в коем случае! – Мурфи был сама доброжелательность. – Могу раскрыть причину постигшей вас неудачи.
– В чем ваш интерес?
– Давайте обсудим это у вас в номере…
Выбор между неприятным гостем и мучением неизвестности делать не пришлось. Калиосто повернулся и пошел по лестнице. Предоставляя Мурфи следовать за ним. Он постучал в номер и нарочно громко предупредил Люцию, что возвращается не один. Девушка открыла и, увидев гостя, задала немой вопрос: «Зачем?» Калиосто ответил еле заметным движением глаз.
Она отошла к дивану, не считая нужным показывать доброжелательность.
Мурфи вошел, огляделся и одобрительно хмыкнул.
– Прошу вас сообщить, что желали. – Калиосто не предложил ему сесть.
– А как же наш уговор, месье маг?
Интонация, в которой слышались издевка и превосходство, заставила проявить выдержку. Калиосто ничем не выразил своих чувств.
– Какой уговор, господин Мурфи?
– Я назову вам виновника, а вы поможете мне в одном небольшом дельце…
– Я не занимаюсь «дéльцами», – ответил Калиосто.
– Простите, месье, я имел виду ваши выдающиеся способности по угадыванию мыслей, так сказать…
Люция осторожно кашлянула. И без ее намека господин этот, каждая сказанная им фраза, каждая интонация вызывали нестерпимое желание пристукнуть его диванной подушкой или раздавить каблуком, как жабу. Калиосто поборол это желание.
– Очень хорошо, господин Мурфи, – проговорил он медленно, чуть наклонив голову, чтобы завладеть его взглядом.
– Будьте добры, подойдите поближе…
Мурфи послушно приблизился.
– Очень хорошо… Еще… Еще… Очень хорошо… А теперь слушайте меня… – И Калиосто щелкнул пальцами…
…Щелчок.
Мотнув головой, Мурфи потер виски.
– Да, простите… Задумался… Так о чем я?
Калиосто сидел на диване рядом с Люцией. Он был спокоен, просветлел лицом, как будто настроение его переменилось в лучшую сторону. Как иногда бывает с петербургскими ветрами.
