Его сын был с ним полностью солидарен и тоже задавался вопросом о том, не мог ли Монте обнаружить в руинах склада что-то важное. Ведь в том, что Монте и его люди направятся к побережью, чтобы исследовать это невероятное сооружение в первые же минуты, как узнают о его существовании, никто не сомневался. Вполне вероятно, что они могли увидеть кусок двери и понять, какую форму она должна иметь в нетронутом виде. Это, в свою очередь, могло натолкнуть их на догадки о том, как могут выглядеть снаружи укрытия Зорро. Не говоря уже о том, что они вообще узнали о наличии в распоряжении Зорро подобных тайников.
Если раньше они терялись в догадках и не могли даже представить себе место укрытия их главного врага, то теперь они располагали вполне определенными сведениями и знали, что искать… Более того, Монте должен был немало разозлиться, поняв, что одна из пещер находилась буквально у него под носом, всего в двух-трех километрах от крепости, а это означало, что он примется за поиски с усиленным рвением.
Да и само название – склад.
Неоспоримое подтверждение связи Зорро с Лукардом, о которой раньше ходили лишь догадки…"
"Изабелла смотрела куда-то сквозь перевитые между собой тонкие пальцы. Эта ночь стала для него поистине разрушительной. Корабли, склады, товары, а, может, даже люди… В груди все стянулось и похолодело. Ведь на кораблях могли быть люди. Был ли у них шанс убежать? Она сделала глубокий вдох, но он не принес облегчения. Такая призрачная надежда… Что он узнал за эти полтора часа? Увидел потери? Встретил кого-то из своего отряда? А встретил ли он кого-то вообще?.
. Дышать стало совсем невозможно.
И все же он вернулся, как и обещал. В новых чистых и отглаженных штанах, хрустящей от крахмала рубашке, с неизменными плащом и шляпой, с непроницаемым лицом. Словно, ничего не случилось. В его внешнем виде не было ни одного изъяна, его рука была тверда, голос спокоен, взгляд уверен. Человек ли он вообще?
Однако сколько мужское собрание не строило предположений и не пыталось узнать у Зорро его мнение, он ничего не сказал.
Изабелле стало даже неловко от того, как они своими расспросами поочередно напоминали ему о его потерях. Дон Алехандро время от времени пытался перевести тему в какое-нибудь отвлеченное русло, но уже через несколько фраз разговор все равно возвращался к этой животрепещущей проблеме. Быть может, если бы дом губернатора открыл семье Веласкес все свои тайны до конца, этот момент потерял бы для них свою значимость.
