А шесть дней назад корабли английского флота отправились к себе на родину, увозя с собой Фиону, королевских советников, сэра Ричарда и весь британский двор…
Это было очень тяжелое время для дома губернатора. Дон Алехандро, сэр Генри и сэр Ричард проводили дни и ночи в кабинете главной гасиенды Калифорнии, по сто и по тысяче раз меняя и согласовывая информацию, которую дон Алехандро представит населению Эль Пуэбло, а сэр Ричард и сэр Генри увезут с собой на Туманный Альбион. Они писали тексты, вычеркивали строчки за строчками, отказывались от недавно принятых решений и начинали все заново.
Очень… очень много подробностей должно было остаться на этой стороне света и никогда не достичь английского дворца. Речь сэра Ричарда и сэра Генри должна была быть выверена до вплоть до слога, включая взгляды и интонацию. И это делалось не только для исключения каких бы то ни было подозрений в случае непредвиденных расхождений в их докладах, но и для максимально возможного смягчения удара по сознанию монарших родителей…
А после того, как уже поздно ночью сэр Генри уходил из гасиенды и увозил с собой в крепость сэра Ричарда, последний через час или два тайно возвращался обратно и обсуждал с доном Алехандро и доном Ластиньо то, что было известно только им троим… О настоящем имени и происхождении своей самой младшей принцессы британский двор не должен был узнать никогда, но Георга III и его супругу следовало осведомить о судьбе их приемной дочери настолько полно и безболезненно, насколько это было возможно.
Что касается населения Эль Пуэбло и его оповещения о возвращении соотечественницы на родину по прошествии тринадцати лет – этим губернатор и его помощник собирались заняться спустя некоторое время, когда слухи о странной задержке венчания Изабеллы и Диего де Ла Вега станут совсем невыносимыми.
На данный же момент все, что было официально объявлено калифорнийской публике в главном зале крепости на следующий день после отбытия английских кораблей, являлось информацией о том, что на жизнь Изабеллы покушалась одна из фрейлин британского двора по давним личным мотивам, которые она так никому и не раскрыла и увезла с собой в Британию, а Фиона узнала про заговор и в последний момент настигла предательницу.
Поэтому в ту ночь она и оказалась сначала в Пещерах, а потом в карете.
Таким образом, имя Фионы осталось незапятнанным, чтобы не увеличивать и без того огромную тень на короне Британской империи.
