Вот только не знаю, захотят ли они снова отпустить тебя до конца праздника.
Он медленно перевел взгляд от тела Изабеллы к ее лицу. Она стояла после услышанного так же спокойно, как и до его слов, но от внимательного взгляда молодого человека не укрылась ни одна деталь. Он видел, как едва уловимо вздрогнули ее пальцы, как незаметно дернулись плечи, и как на миг задрожали ее длинные пушистые ресницы
- И на каком основании я должна быть уверена, что, находясь с Вами, меня не постигнет та же участь? – с усмешкой произнесла девушка, все так же пристально глядя в окно.
- Ни на каком.
Изабелла побледнела и замолчала. Больше всего ей сейчас хотелось забыть про все, что с ней произошло за эти последние часы, и почувствовать себя в безопасности. Она затравленно огляделась по сторонам, ища хоть какой-нибудь поддержки, но увидела только своего собеседника, все так же недвижно сидящего в кресле.
Вот теперь руки задрожали так, что это можно было видеть. В ушах что-то зашумело, перед глазами замельтешили черные и белые точки.
Принцесса поняла, что ее охватывает второй приступ кошмарных воспоминаний...
- Хватит геройствовать, детка, – внезапно донесся до ее слуха спокойный голос молодого человека. – Ты и так слишком много сегодня вытерпела. – Изабелла повернула к нему свое измученное лицо и сквозь туман увидела, как он протянул ей навстречу руку. – Иди сюда.
Словно под гипнозом, на подгибающихся ногах девушка медленно приблизилась к креслу и рухнула в объятья молодого человека. Сжавшись в маленький дрожащий комочек у него на коленях, она закрыла глаза и затаилась на его широкой груди.
Никто не говорил ни слова. Тишина изредка нарушалась порывами ветра за окном и легким шорохом гардин. Изабелла не жаловалась и не плакала. Только сильно вздрагивала с каждым касанием его рук.
Она не способна была сейчас думать – только чувствовать. Она чувствовала, как все ее страхи и страдания уходят прочь, как с каждым его прикосновением в ее памяти меркнет та или иная картина жуткой ночи. Быть может, это было плодом ее воображения, трепещущего от осознания его близости и еще неведомой ей мужской силы, но одно она сейчас знала точно – пока он с ней, ей ничто не грозит.
"
"- Мне жаль, что тебе пришлось увидеть весь этот безумный спектакль, – произнес, наконец, Зорро, почувствовав, как ее дыхание начало выравниваться, а лихорадочная дрожь постепенно отпустила тело, – но у меня не было выбора. Заметь они меня раньше – и я не смог бы помочь. Они просто приставили бы тебе нож к горлу.
