Рид, грозно сжав кулаки, по-прежнему нависал над Картером, а тот, не на шутку испуганный, лежал на полу, не решаясь встать.
Роуэн достал из кармана телефон и отправил сообщение в приемную Рида, попросив срочно принести медицинскую сумку. «Разбит нос. Нужно остановить кровь», — приписал он.
— Рид, — воскликнула Софи, глядя на доктора отчасти повелительно, отчасти с мольбой.
В следующий миг он уже овладел собой и протянул руку Картеру, чтобы помочь подняться. Тот нерешительно ухватился за протянутую руку, сел на стул и попытался ощупать нос.
— Не трогайте! — резко приказал Рид.
Картер, защищаясь, выставил перед собой руку. Он явно опасался, что Рид снова нападет.
— Он тебя не тронет, — заверила Софи. — Во всяком случае, сейчас. Правда, Рид?
— Да, — подтвердил тот. — Опустите руку и позвольте осмотреть ваш нос.
— Вы сумасшедший? — ужаснулся Картер.
— Он врач, — объяснила Софи.
— Ты, наверное, шутишь. Ни один врач не стал бы…
Тяжелый взгляд Рида заставил Картера умолкнуть и безвольно опустить руки.
В стеклянную дверь постучали. Открыв, Роуэн впустил Хизер. Она запыхалась — пришлось бежать с тяжелой медицинской сумкой Рида в руках.
— Что случилось? — выпалила она, глядя на разбитый нос Картера. — У вас такой вид, будто с разбегу ударились лицом о стену.
— Рид ему вмазал, — с гордостью сообщил Роуэн.
— Не может быть! — изумилась Хизер. — Да он никогда… — Она перевела взгляд на доктора. — Вы вправду его ударили?
— Временное умопомрачение, — пробормотал Рид, осторожно осматривая нос Картера.
Хизер с Софи поспешно отправились за горячей водой и чистыми полотенцами.
— Похоже, Софи рассказала вам, как я с ней обошелся, — тихо проговорил Триборн.
— О да, — подтвердил Рид.
Роуэн стоял поодаль, наблюдая за двумя мужчинами. Белокурый Картер Триборн казался нежным и хрупким, тогда как темноволосый Рид будто излучал силу и уверенность. Похоже, Софи решила радикально сменить курс.
Женщины вернулись с водой и полотенцами, Рид отступил в сторону, чтобы Хизер смогла вымыть Картеру лицо.
Сжав руку Рида, Софи указала глазами в сторону лестницы. Они тихо вышли из зала и поднялись в квартиру.
Как только они остались одни, Рид принялся извиняться:
— Прости, мне очень жаль. Раньше я никогда ничего подобного себе не позволял. Во всяком случае, со времени окончания школы. Знаю, я обычно несдержан, но это было…
Он внезапно осекся — Софи закрыла ему рот поцелуем.
Даже в самые сокровенные мгновения близости она не целовала его так нежно.
