— От Финли не было новостей? — спросил некромант Грету.
— Нет, ничего не было. Но с ней все хорошо, она сыта и довольна, — отчиталась та.
— Тогда в путь.
Шли совсем не долго, а перед выходом на дорогу путешественники уединились по разным кустам — переодеться. Для девушек Алистер заказал платья в особых футлярах, так что на тракт вышли две чинные колдуньи и благородный некромант. Который тут же всем напомнил:
— Я — менталист.
— Мы поняли, — вздохнула Тирна. — Почему мне платье? Я ношу брюки!
— Потому что мы прибыли из столицы и желаем пускать пыль в глаза, — напомнила Грета.
— Это был просто крик души.
Единственным новшеством Цал-Диртанна оказались массивные городские ворота втиснутые между двух домов.
— Ого, а на стену денег не осталось что ли? — хихикнула Тирна и пояснила, — наш глава уже лет сорок собирает деньги на стену и ворота, чтобы от нежити обороняться. Но хватает только на вино для личного погреба.
— Что только подтверждает мои выводы, — хмыкнул Алистер.
— Пояснишь?
— Тирна боится нежити, я сделал вывод, что город страдает от набегов.
Но стены нет, защиты нет, — некромант выразительно показал на разномастные домики. — Значит, страдают только крайние дома.
— Кто-то управляет мертвыми? — ахнула Тирна.
— Или есть еще что-то, — уклончиво ответил некромант, но объясняться отказался.
Подруги переглянулись, но настаивать на откровенности не стали. Алистер взрослый человек и утаивать важную информацию не станет. А гадать попусту никто не любит.
Настаивать никто не стал.
— Значит, сейчас мы в гостиницу? — спросила Грета.
— Да, она должна быть где-то в той стороне, — махнул рукой Алистер, но Тирна возразила:
— Там мерзкое место. Пойдемте, есть тут одна хорошая гостиница. Пойдемте-пойдемте, а то стоим посреди дороги, внимание привлекаем.
Поправив перекрутившийся поясок, Тирна уверенно и быстро пошла вперед, к воротам. Грета едва успела ее догнать и шепнуть:
— Иди медленней, дай себя рассмотреть.
А рассмотреть было что: на платьях Алистер не экономил, так что дорожные костюмы у подруг были наивысшего качества.
Строгий силуэт, приятный шоколадный цвет и отделка в тон. У Греты золотом, почти как на форменном платье, у Тирны серебром.
Подойдя к внушительным воротам, эйта Краст горько усмехнулась:
— Я-то дура уже и поверила, что у нас что-то изменилось.
Грета аккуратно осмотрелась, но ничего нового не увидела. Дома, ворота влепленные между ними, трава, да пара стражников.
