— И ради эксперимента набросить ее на темные альковы дворца, — поддакнула Грета. — Я так понимаю, что Ее Величество борется с развратом в стенах своего дома?
Тирна захихикала и быстро зашептала:
— Только надо будет сделать не вишневый запах, а такой, мужской. Что-то вроде запаха дорогих сигар и виски — благородные дерры, поджидающие юных мэдчен, будут неприятно удивлены тем, что их самих там подловили более опасные хищники.
— Тогда еще и ощущение щипка за задницу, — фыркнула Грета. — Для полноты ощущений.
— Перепадало тебе от них? — сочувственно спросила эйта Краст.
— Я редко выбиралась в свет, но да, порой бывали неприятные эксцессы.
Подруги болтали и пытались отвлечь себя от пугающей громады проклятого храма. Внезапно некромант призвал с десяток зеленоватых светлячков, которых он и запустил внутрь здания.
— Отставить болтовню, не разделятся, смотреть в оба глаза, — четко произнес некромант. — Лучше вас было оставить в трактире.
— Но? — спросила Грета.
— Но боязно, что пока я здесь, он мог прийти к вам.
— Я думала, это заброшенное место, — шепнула Тирна.
«Пахнет свежей кровью», слова Дикки не добавили спокойствия. И едва только они шагнули в храм, как его приоткрытые двери захлопнулись.
— Ну вот и все, мы все умрем. А какой хоть кровью пахнет? Человеческой? — деловито уточнила Тирна.
— Не рассчитывай на легкую смерть, Тирна. На вас еще отбор менталистов висит, — усмехнулся некромант, а Грета только поежилась.
«Питательной, не ядовитой свежей кровью, натекшей из еще живого тела пригодного в пищу», обстоятельно ответил Дикки и добавил, «Мы стараемся не есть людей, но вы вполне съедобны».
Грета вздохнула и погладила дорфа по голове:
— Все, кто не ядовит, теоретически съедобны. А для дорфов наверное и нет несъедобных существ.
«Жаб не люблю», поделился Дикки, «На зубах противно скрипят и по пищеводу скользят неприятно».
Под ногами неприятно скрипел мелкий песок. Дорф брезгливо дергал усами — все было пропитано застарелой кровью.
Но об этом он сказал только некроманту. Еще не хватало пугать сестру!
— Надо же, камни Богини все равно светятся, — прошептала Тирна. — Только со статуями что-то не в порядке.
— Не торопимся, — бросил Алистер. Он беспрерывно выпускал магические поисковички, но ничего живого пока не обнаружил.
Грета первой рассмотрела чудовищную пародию на семью богов. Очевидно, что изначально в этом храме Бог и Богиня стояли рядом, а их сын сидел на полу. Так и осталось.
