— Что ж, вот и хорошо, что все хорошо, — решительно произнесла Грета. — А теперь прошу меня простить, но мне нужен муж.
— То есть платье для бала тебя не волнует? — прищурилась Тирна.
— Колдунья я или нет? Трансформирую. Или и вовсе наряд надевать не стану — я замужняя дама и право на это имею. Скажу, муж запретил.
— Скажешь — запрещу, — кивнул Алистер. — Что захочешь, то и запрещу.
— Хочу в наш особняк, на балкон. Смотреть на море, пить что-нибудь вкусное и обниматься.
Алистер посмотрел на понурого Лена и предложил семейный пикник на песчаном берегу.
— Мне только часок чтобы все подготовить. И отдохнем.
— Мы соберем еду, — кивнула Тирна. — У вас есть что-то в кладовых, мора ван Линдер?
— Бери, что найдешь. А капитан Дикий пусть стаю зовет, что уж тут, семейка у нас та еще образовалась, — усмехнулась Амалия. — Для тех, кто на дежурстве передадим пару литров горячего шоколада.
И все засуетились, засобирались, заспешили — пикник на песчаном берегу это сказка, в Царлоте практически недоступная.
Но Грета, совершенно не удовлетворенная ответами Алистера, ухватила сразу два лохматых уха. И затащив хвостатых заговорщиков в свою старую спальню грозно вопросила:
— А теперь выкладывайте все, что не рассказали! Финли, Лен мой брат, практически абсолютно родной — и мать, и отец у нас одинаковые. Конечно, насчет Ринтара я не уверена, но вряд ли заговорщики стали бы рисковать. Все же наш дар довольно капризный и они бы не рискнули использовать другого мужчину. А значит, он не может быть потомком того самого, обворованного тобой рода.
«А вот женщина, в которую переместили плод — может», лениво отозвалась лиса. «Я познакомилась с твоей матерью еще до того, как она забеременела тобой. Она знала о своем втором ребенке и даже знала его мать — у нее был целый год. На самом деле не целый, конечно. Тем не менее она нашла ту девушку, последнюю из рода. И передала ее координаты мне, взамен на защиту для тебя. Но у меня не удалось спасти девчонку».
Финли выглядела сердитой и огорченной одновременно:
«Малолетняя дура возгордилась своей особой миссией по вынащиванию сильного мага и не стала слушать «меховой коврик».
А мне… Я слишком долго была животным. Да ты и сама помнишь, что много разговаривать я стала совсем недавно. Это не так просто помнить себя. Так что девчонку я упустила и только забота о тебе не дала мне стать лисой окончательно. Я потому так и подчеркивала — зверь, не животное. Мой самый главный страх это стать животным.
