— Можете, но вы будете обязаны уйти, если этого захочет дерр Ринтар. Вы готовы?
— Ведите, — уверено произнесла Тирна и взяла подругу под руку. — Мы не готовы, но выбора нет.
По дороге Грета пыталась предугадать, о чем хочет поговорить Ринтар. Она уже мора Ферхара, замужняя женщина. Ее мама отдала свою жизнь — значит, они никак не могут ее прихватить. Исходя из этого, можно сделать два вывода: первый, ей будут вдохновенно врать, второй, у Ринтара есть козыри. Первое не страшно, второе очень, очень пугает. Общественное мнение полагает ее отца умным человеком.
Мог ли он как-то подстраховаться? Или он рассчитывает на свою хитрость и талант к переговорам?
«Меньше говорить и больше слушать, ни на что не соглашаться», — решила Грета. — «Ох, как шумно».
Тирна могла бы поспорить — в гостиной-столовой, с их прибытием, воцарилась мертвая тишина. Огромный, опасный кот как-то не способствовал развернутым диалогам. Зато этот же кот заставлял людей кричать изнутри, страх, паника и злость, все это создавало невероятный шум, который бил по Грете.
Осмотревшись, Дикки увидел удобную, низкую софу. На ней он и расположился, здраво рассудив, что и оттуда, случись что, успеет защитить сестру.
— Доброе утро, — светски улыбнулась Грета и прошла к своему месту.
Его она опознала по табличке с именем. Рядом с ней, по левую руку, сидела та самая соискательница, что встретила их с Тирной прошлым утром. А по правую было место эйты Краст.
«На этом спасибо», — вздохнула Грета.
На соседкиной табличке было выбито убийственное имя: «Таэлия Ринтар-Боул».
Откуда?!
— Вы дочь дерра Ринтара? — выдохнула ошеломленная Грета.
— Бастард, — светски улыбнулась Таэлия и добавила, — и меня уже давно это не печалит, мора Ферхара. Ваш укол мимо цели.
Грета только склонила голову. Она и не собиралась как-либо поддевать девушку. Просто… Сестра?
«Должна ли я что-то чувствовать по этому поводу?» — задумалась Грета. — «Наверное, нет. Все же, мы почти не знакомы».
— Я в ужасе, — одними губами шепнула Тирна, которая слышала весь разговор.
— И я, — закатила глаза Грета.
На завтрак подали кашу с фруктами, затем сладкое какао и нежнейшее печенье. Со стороны Дикки раздался тяжкий, полной невыразимой муки вздох. Но кусочничать и побираться у стола дорф счел ниже своего достоинства. Потому Грете пришлось клятвенно заверить расстроенного брата, что обеспечит ему полдник.
«Ничего, эти твари поплатятся. Скоро, осталось немного потерпеть», от неожиданности Грета едва не облилась остатками какао.
