Мастер боя

Петр промолчал, разглядев в его руках билет на поезд, который они перед походом в ресторан купили Саньке. Сержант внимательно прочитал, что в нем написано, кинул взгляд на часы, и его брови полезли вверх.

— Гражданин, вы о чем думаете? До отхода поезда осталось две минуты, а вы и в ус не дуете.

Похоже, общественное в душе сержанта взяло верх над личными мотивами. Да, собственно, и особого толку от этого типа не предвиделось. В вытрезвитель с легким запахом не отправишь, ведет себя спокойно, видимо, никакой вины за собой не чувствуя.

Опять же прибытку от него, а глаз у сержанта был наметан, не намечалось. А тут и билет в наличии, по вокзалу шляться не будет, и, хоть это в обязанности не входило, заботу можно проявить о рядовом гражданине. Молодой, опять же, рядом, уму-разуму набирается. Пусть видит в наставнике не только строгость, но и справедливость. Что там у нас на эмблеме — не один меч, но и щит присутствует?

— Ну-ка, гражданин, дуйте срочно на перрон. Вагон у вас четвертый, нумерация с головы поезда, это, значит, в ту сторону шагать.

Вон уже и по громкоговорящей объявляют, что новокузнецкий через минуту отходит. Поспешайте, а то от поезда отстанете. Коляня, проводи-ка товарища."

"Петр, сопровождаемый молодым милиционером, послушно и поспешно двинулся в указанном сержантом направлении. Вот и до вагона под номером четыре с белой табличкой на боку «Кисловодск — Новокузнецк» добрались. Проводник уже в тамбур залез, к отправлению готовится.

Мельком глянув в билет, проводник кивнул Петру головой:

— Заходите, ваше место сорок пятое, нижнее, боковое.

Он успел только зайти в вагон, как поезд мягко качнулся и неспешно поплыл от вокзала.

Глава 3

От перрона до «Анапы»

В вагоне не было ни душно, ни людно. Сентябрь ладно поддавал через щели свежий воздух, а народ то прибывал, потихоньку наполняя отсеки и тамбуры, то как-то разом освобождал места, выплескиваясь на крупных станциях. Купейные вагоны поезда, пересекающего почти треть России от солнечного Кисловодска до сурового седого Урала, занимали большей частью отдыхающие, возвращающиеся с лечебных вод.

Плацкартные же удобства предпочитал народ попроще и поделовитее. Из разговоров можно было определить, что одни стремились в командировку, другие, наоборот, возвращались из поездки по служебным делам; кто-то проезжал всего пару-тройку остановок, в кои-то веки выбравшись в гости к близким и дальним родственникам, кто спешил на свадьбы, что по осени играют, а кто и на похороны.