Мастер боя

Но иногда Петр ловил на себе хмурый взгляд как-то разом темнеющих глаз Ксении и не мог понять, что он означает: сожаление о случившемся или же еще не остывшее раздражение «чужестранки». Читать по глазам он не умел, а женщина дальше этого странного взгляда не шла. Так что время для Петра и Ксении текло в строгом соответствии с планами подготовки к турниру и распорядком дня, ничем посторонним не нарушая режима.

В первых числах сентября во время проведения утренней тренировки заиграл мобильник Петра. Запрограммированная мелодия «Владимирский централ» раздражала его, но поменять музыкальную начинку в связи с дефицитом времени руки не доходили, да и срабатывал телефон крайне редко.

"Вот и сейчас громкий перелив неприятно полоснул по ушам. На связь вышел Вилен Владимирович Слуцкий. Он поинтересовался, как идет подготовка, и сообщил, что будет к шестнадцати часам в пансионате. Этот звонок не был чем-то экстраординарным. Генерал приезжал и раньше, но у Петра почему-то сложилось впечатление, что его сегодняшний визит сулит ему лично, а возможно, и всей команде сюрприз, на которые был горазд господин Слуцкий.

Вилен Владимирович прибыл без опоздания и сразу прошел в зал, где тренировалась команда. Помимо телохранителя Бориса, постоянно сопровождающего шефа, со Слуцким прибыли еще двое. Крепкого телосложения улыбчивая блондинка и широкоплечий, среднего роста парень держались за спиной генерала. На вид девушке было лет двадцать пять, а ее спутник выглядел чуть постарше, где-то под тридцать.

Слуцкий внимательно оглядел стоящих перед ним Ксению, Петра, Леона, Азамата и сокрушенно покачал головой.

— У меня такое чувство, что вы, господа, не к ответственным соревнованиям готовитесь, а активно занимаетесь похуданием. Что там на телевидении рекламируют? Уж не системой ли под каким-то номером вы, милые, увлеклись? А что с дочуркой моей сделали — лица на ней нет, — сурово сказал Слуцкий, озирая потупившихся Петра и Леона. — Куда тело девичье подевали?

— В пот и соль вышло, — доложил Леон.

— Верю, — улыбнулся Вилен Владимирович. — И знаю, что трудитесь вы с утра до вечера.

— Со всем старанием и прилежанием, — добавил Петр.

— Прилежание, допустим, есть, а как дела с прогрессом? — вопросительно поднял брови Слуцкий. — А то ведь можно стараться, да толку от этого старания не поиметь — все в пшик выйдет, в пот и соль.