— Сева Мельников, — кивнул Вадим. — Глаза показались знакомыми, а так — как белое пятно. Не помню, не знаю... Только как вы его смогли втиснуть в контору Слуцкого? Там же идет такой жесткий отбор, проверка по полной программе.
— Биография у него чистая, — усмехнулся Мао. — Точнее — правильная, для господ Слуцких.
— Вилен Владимирович говорил, что Сева после армии вроде бы бизнесом занимался, что-то поминал про дикий капитализм...
— Почти так и было. Из спецназа Сева пришел к нам в Отдел. И почти сразу его внедрили в охрану одной скользкой фирмы.
Мы ее в то время разрабатывали. Ребятки активно занимались поставками в Россию наркотиков. Это не совсем наш профиль, поэтому мы подключились, когда фирмачи полезли в торговлю оружием. Решили ребятишки по своим каналам прогнать крупную партию пластита. И покупатели нашлись, из тех, что по горам в Чечне бродят. В общем, Сева нормально сработал, даже попал под уголовное дело, но был за отсутствием улик оправдан. Так что его трудовая капиталистическая книжка в полном порядке.
Прошел проверку на счет раз. Правда, с операцией с таллием, которую проводил Роткевич, гладко не вышло. Если бы не ты, порошок мог уйти по назначению. Сева так и не смог нащупать концы этого дела. Собственно, ему этого не дали сделать, отправив под твое крыло — запасным в бойцовскую команду. Зато сумел тебя сберечь. Отбивал от клоунов «элитных», пока мы не подоспели.
— Кстати, с этим таллием, — наморщил лоб Вадим. — По официальным каналам прошла информация, что задержали груз с отравляющим веществом.
Только от Слуцкого я узнал, что там был таллий. Что это за гадость и для каких целей его переправляли в Германию?"
"— Вопрос интересный, — кивнул Сергей. — Дело в том, что ты ненароком сорвал проведение крупнейшего террористического акта. По сравнению с ним одиннадцатое сентября в Нью-Йорке и череда июльских взрывов в лондонском метро и автобусах могли бы показаться детской шалостью. Сам по себе он — химический элемент, располагающийся в периодической таблице Менделеева где-то рядышком со свинцом.
Название получил от греческого словосочетания «зеленая ветка», потому что в спектре дает зеленую полосу. Встречается в естественном виде в природе и носит название таллий 8. Довольно ядовитое вещество без цвета и запаха. Промышленного применения так и не нашел. В свое время использовался как яд для грызунов.
— И это все? — удивился Вадим.
