Мастер дорог

Тало Бирис, достававший ее уже несколько лет, был противоположностью во всем. Он был рыхлым, кривым, от него пахло какой-то гадостью, он обрезал ногти ножом, когда они уже начинали загибаться вокруг пальцев, и он носил отвратительную клочковатую бороденку, которая, наверное, должна была подчеркивать его мужественность, но подчеркивала лишь мудаковатость ее владельца. Даже девочки из заведений ненавидели Тало, несмотря на щедрую оплату, а это о многом говорит.

Видимо, отчаявшись получить желаемое с помощью уговоров и денег, Бирис-младший решил справиться со строптивой бабой, наняв трех профессиональных охотников за головами.

Мужчина, спасший ее, вынырнул как гарс из темноты. Вот никого не было, а вот он входит в круг света от костра, и следует короткая, словно очередь, дробь выстрелов, а через несколько секунд – четыре отдельных выстрела.

«Профессионал», – первое, что подумала она, глядя, как играючи мужчина расправился с наемниками и Тало.

А самец был просто адски хорош. Экономные плавные движения, высокая, может быть даже самая высокая и подтянутая спортивная фигура из всех виденных ей, чистое лицо и мягкие подвижные губы.

– Ты, случайно, не актер с пятого канала? – озвучила она мучившую ее мысль и облегченно вздохнула, услышав веселый смех мужчины.

– Нет. Вот актером я точно никогда не был и, пожалуй, откажусь от этой карьеры.

И говорит правильно, как ее преподаватели в Академии. Акцент, правда, какой-то странноватый. Ну так Проклятый велик, а Линсар еще больше. Сколько закрытых уголков до сих пор на карте.

На планете были тысячи военных баз, от огромных, на полмиллиона жителей, до крошечных станций, всяких мутных контор, занимавшихся непонятно чем и имевших собственные каналы снабжения.

Когда генералы начали делить власть и склады, уцелели в относительном порядке лишь Школа и Академия Боевых Магов на материке Обирол, что после стал Благодатным, и пара десятков баз, перешедших в режим круговой обороны.

Маги не мешали солдатам устроить кровавый замес, но и к себе никого не пустили, сжигая самых непонятливых еще на дистанции в тысячу километров.