Потому что иначе, взять где-то пять тонн золотого песка ему было просто негде. Кроме того, крах операции уже стоил жизни герцогу Ашгару, которого прихватили вначале на операциях с золотом, а затем раскрутили на всю глубину. И судя по тому, что сообщали информаторы, герцога ждала увлекательная, но очень короткая прогулка к королевскому палачу. Герцог Арваль, почувствовал, как ненависть буквально захлёстывает его, отнимая последние крохи благоразумия, и в этот момент граф повернулся и встретил его взгляд.
Алексей был занят беседой с дочкой градоначальника, которая добивалась того, чтобы граф её покатал на знаменитом на всю столицу сардисе, и никаких отговорок она не желала слушать.
Все просто обязаны были бросить свои дела и бежать угождать юной красавице. Давящий взгляд, Алексей почувствовал сразу, и стоило кому-то отвлечь девушку, как он поднял голову, и зацепился глазами с мужчиной, которого ему ещё не представили, а имплант уже опознал как герцога Арваля.
Вопрос, почему незнакомый Алексею человек вдруг воспылал к нему такой ненавистью, мелькнул и погас, потому, что Роков уже знал, что вся история с золотом была затеяна с помощью агентов Контроля, а если учесть и только что случившуюся гибель их корабля, то становилось понятно, что герцог имеет прямое отношение к Контролю.
И учитывая его положение и вес в общей иерархии властителей на Телборе, то как бы не сам хозяин Службы контроля.
«Это я удачно зашёл» – Алексей широко улыбнулся, и отвесил церемонный поклон герцогу, как старшему, одновременно давая команду микроботам проследить за ним, и не потеряв нити беседы вернулся к разговору с юной красавицей.
– Ри Шартал…
– Элира! – Девушка нахмурила бровки и недовольно топнула ножкой. – Вы несносны граф. Я уже десять минут с вами разговариваю, а вы, словно чурбан не понимающий намёков. Неужели нужно прямо приказывать, чтобы вы пригласили меня?
– Элира. – Алексей повёл рукой приглашая даму пройтись. – Боюсь я совсем не готов к браку и семье.
А ведь ваш батюшка, генерал-губернатор Шартал, будет категорически против если его обожаемая дочь, будет показываться в обществе молодого мужчины, без внятных планов на замужество. – Они дошли к столу с фруктами, и Роков подхватив лабир, подбросил его в воздух и выхватив дагу, дважды, снизу-вверх взмахнул клинком. Поймав фрукт, он протянул его, раскрывшегося четырьмя ломтиками на ладони, приглашая угоститься. – Но я пока совершенно не желаю заводить семью.
