Мастер не приглашает в гости

Потому что, с одной стороны, доводы, основанные на эмоциях, в отличие от доводов, построенных на логике, на сэра Кристофера действуют плохо. А с другой стороны — кто я, собственно, такая, чтобы иметь право бояться за сэра Кристофера?

Таким образом, сэр Кристофер и Эльза переживали от присутствия посторонних людей; мистер Ящерица переживал от переживаний этих двоих; а я, которая, по задумке моего работодателя, должна была всех успокаивать, переживала, что драгоценное начальство свалится с крыши, и никого успокаивать не могла.

Поездка на конференцию имела как минимум одно положительное последствие лично для меня: мне стало не так страшно выходить из дома. О нет, страх остался — я все еще прекрасно помнила и все, что случилось, и свое состояние — но теперь от него не тряслись руки, не немело и не покрывалось липким потом все тело при мысли о том, чтобы выйти в одиночестве на улицу…

В целом, если посмотреть на вещи беспристрастно, я была основным выгодополучателем от прошедшей поездки, именно мне достались самые жирные сливки.

Да один только отказ от дома мисс Лоуренс чего стоил! Пожалуй, это было даже важнее. Страхи рано или поздно сами собой рассеялись бы, а вот мисс Лоуренс…

Пройдя пару улиц, я вышла к оживленным местам. Здесь уже можно было сесть в жука, но я вспомнила, что я теперь — состоятельная женщина, секретарь и экономка в приличном доме, могу позволить себе комфортное передвижение, и поймала извозчика.

“Могу позволить себе комфортное передвижение” — это, кстати, не мои слова.

Это сэр Кристофер так сказал, когда я отчитывалась по финансовым итогам нашей поездки, и с мучительным стыдом признала, что если бы не королевский люкс в поезде, итоги могли бы быть гораздо приятнее. Вот тут-то драгоценное начальство и заявило:

— Мисс Ривс, я считаю, что это было очень удачной идеей. В дальнейшем, при организации моих поездок, всегда бронируйте билеты этого класса. Я могу позволить себе комфортное передвижение.

К счастью, где-то в этот момент у меня прорезались мозги, и о том, как мне жаль перерасхода средств на гостиницу, я даже не заикнулась.

Во избежание свежих указаний.

Кажется, для меня эта фраза стала личным символом легкого безумия.

Гладкая и ухоженная лошадка цокала копытами и тащила за собой экипаж — такой же гладкий и ухоженный, как она сама. Я вертела головой по сторонам и старалась думать обо всем подряд, лишь бы не о цели своей поездки.

Откровенно говоря, я сама не до конца понимала, зачем мне это нужно.