Матабар. II

Так, петляя по хитросплетениям коридоров, надеясь, что запомнил их переплетения в достаточной степени, чтобы не заблудиться на обратном пути, Ардан в течении едва ли не получаса блуждал по дворцу.

Порой ему приходилось на какое-то время замирать и, от нечего делать, он слушал разговоры слуг и стражи.

Вовсе не подслушивал, а именно — слушал!

Во всяком случае — так он себя успокаивал.

— Как ты думаешь, если Император повелел заложить новые военные верфи, то, мы что, — одна из служанок заозиралась по сторонам и прошептал своей коллеге.

— Я не знаю, Маша, — развела руками её собеседница, продолжая протирать тряпочкой и без того зеркальную поверхность комода. — Но если это так, то сейчас самое время подыскать себе какого-нибудь смазливого офицера. Чтобы пил по-меньше и чтобы в штанах не свербело на каждую юбку.

Первая служанка по имени Маша только отвернулась и поджала губы.

— У меня младший брат скоро достигнет призывного возраста.

— А он собирается стать офицером?

— Тогда мне не интересно.

Служанки удалились в сторону и Ардан отправился дальше. Вскоре ему на пути встретились стражники, не особо собиравшиеся отходить от высоких дверей, украшенных позолотой и гербом Империи. Видимо являлись своеобразной границей разных крыльев.

— Помилование он им выдал, — прокряхтел стражник справа — высокий, худой, мужчина лет сорока с переломанным носом и немного кривой нижней челюстью. — А как по мне, то нельзя было отменять черту оседлости для нелюдей. Жили они себе на севере, глаза никому не мозолили, и всем хорошо было.

— Так сейчас не говорят, Велислав, — покачал головой тот, что слева.

Намного моложе, но тоже со следами войны на лице. В самом прямом смысле — его щеки и правой висок пересекали несколько глубоких, жутких шрамов, явно заштопанных не нитью, а конскими волосами — так, если верить рассказам Плащей, лечили полевые врачи.

— Как не говорят? — переспросил Велислав.

— Нелюди, — напомнил молодой. — Правильно говорить — первородные.

— Дворфы и их богатства… — покачал головой молодой.

— А может я нахожу в их памфлетах зерно здравого смысла? — огрызнулся Велислав. — Наши предки не для того, кровью и потом, сбрасывали с себя ярмо Эктаса, чтобы теперь мы тут строили, как это там называется…

— Ну это, Вечные Ангелы, как вы, молодые, говорите…

— Справедливое общество?

— Вот! — щелкнул пальцами возрастной. — Точно. Справедливое, драл я его в глотку, общество. Говно эта ваша справедливость.