Матабар. II

В течении следующего получаса они бродили среди секций и стеллажей; поднимались по приставным и винтовым лестницам, оказываясь на все новых ярусах; петляли среди переходов и хитросплетений разветвлений, а порой задерживались на лавочках, где сидели, не нарушая воцарившейся здесь тишины.

Арди, раз уж он оказался там, где оказался, жадно пожирал глазами то богатство, что хранилось вокруг. Казалось, что книг, фолиантов, газет, табличек, дощечек, каких-то странных веревок с узелками, не менее таинственных статуэток, и, даже, картин, тут находилось столько, что не хватит и нескольких жизней, чтобы все прочесть.

Может так и должен выглядеть рай, про который матушка рассказывала Арди, когда читала тому отрывки из священного писания Светлоликого?

Но всему приходит конец и, вскоре, когда они вновь спустились на «первый» этаж библиотеки, то в руках Арди не оказалось больше ни единой книги, а странная волшебница протягивала ему саквояж.

— Спасибо, что составили компанию, господин Эгобар, — произнесла она.

— Разумеется, — кивнул юноша, забирая обратно свои вещи.

Он посмотрел по сторонам, но так и не увидел ни единого указателя. Они стояли посреди стеллажей, тянущихся к спрятанному в дымке потолку, и Арди понятия не имел, как ему выбраться отсюда.

— А не подскажите, пожалуйста, как добраться к стойке информации?

Брови волшебницы, чьего имени Ардан все еще не знал, слегка приподнялись.

— Она сразу напротив лифтов. Вы не могли её пропустить, если только… — она посмотрела на него и, в который раз, чуть улыбнулась.

Странно, но почему-то, при взгляде на неё, Ардан вспоминал Атта’нха. — Вы воспользовались лестницами, не правда ли?

— Лифты вызвали у вас чувство дискомфорта и неудобства.

— Вы, в своей жизни, скорее всего в детстве, оказались в запертом пространстве, — вновь бормотала она себе под нос. — И этот опыт был связан с болью, страхом и тем, что вам пришлось пережить нечто весьма и весьма необыкновенное.

И это наложило на вас свой отпечаток. Разумеется, если верить монографии доктора психологии Анки Доровой, посвященной боязни замкнутых пространств.

— Но я не боюсь замкнутых пространств, — возразил Ардан.

Наверное, все же, женщина скорее нравилась Ардану, чем вызывала у него опасения. Да, она была странной, носила плащ, свидетельствовавший о невероятном могуществе, но при этом изучала нечто простое и теплое. Рядом с ней было спокойно и хорошо.