Матабар III

Может быть, у него не так хорошо получилось защитить разум от Взгляда Ведьмы?

— Не переживайте, Ард, — отмахнулся Аверский. — Я, хоть и немного сведущ в способах Эан’Хане заглядывать внутри души, но никогда не интересовался настолько глубоко, чтобы использовать.

— Почему? — быстро среагировал Ард.

Аверский молчал пару секунд:

— Вас интересует ответ на первый вопрос или на второй?

— На первый, — отвел взгляд в сторону Ардан.

— Тогда, с вашего, Ард, разрешения — продолжу, — Эдвард сделал небольшой глоток и чуть поморщился.

— Вы, будучи студентом-магом, весьма обрадовались сумме, а затем стали корить себя за то, что это кровавые деньги?

Ардан пожал плечами. Если честно, то он не то, чтобы задумывался о таком нюансе. Не задумывался вплоть до этого самого момента.

— Все, если это не такие люди, как Йонатан Корносский, Мшистый, Цассара или несколько других оперативников, приходят к такому же вопросу, — Эдвард бросил быстрый взгляд в сторону своего посоха. — Моим первым заданием на службе Черного Дома стало, Ард, уничтожение дворфа Эан’Хане, владеющего Именем Речных Камней.

А вместе с ним и… — Аверский сделал небольшую паузу. — всей его семьи.

— Потому что дворфа завербовали службы Селькадо, чтобы тот разрушил наши пути снабжения Западного-Фатийского фронта, — отчеканил Аверский. — Он предал свою страну. И чуть было не погубил огромное количество жизней. Его жена была либо глупа, чтобы не спросить, откуда у них внезапно появилось столько денег, либо желала обмануться, если тот вообще соврал, но, скорее всего, знала правду.

Женщины всегда знают правду, Ард. Сколько бы вы не пытались их обмануть, поверьте — жена знает о вас даже больше, чем вы сами.

Аверский потер протез безымянного пальца, на котором Ардан никогда не замечал кольца. Да и вообще в громадном доме Аверского за все прошедшее время не встречал никого, кроме слуг и строгого дворецкого.

— Его родители никогда бы не простили Империю, даже не взирая на факт предательства и измены их сына. Видные банкиры — они бы стали использовать свое влияние ради мести, — продолжил Аверский.

— Поэтому их, вскоре после трагичной кончины сына и невестки, настиг несчастный случай. После чего их банк был экспроприирован в пользу короны, что позволило Великому Князю пролоббировать начало своих реформ. Или вы думаете, что политиканы в Парламенте просто так поддержали его идею облегчить налоговое бремя самым уязвимым слоям населения?

— Дети… что дети, — выдохнул Эдвард.