Матабар III

Да, разумеется, после окончания Большого всем выпускникам присваивалось офицерское звание, что куда громче, чем «капрал», но…

— М? — куря, вопросительно промычал капитан.

— А зачем сейчас все это было?

Капитан, спокойно рассекая уже стихающий дождь, искоса глянул на Арда.

Арди ненадолго задумался.

— Из-за того, что сказал Огланов? Про убийство стража, который пытался расследовать дело?

— Молодец, — подтвердил капитан. — В корпусе есть кто-то, кто играет против нас. Причем на достаточно высоком посту, чтобы дергать за ниточки.

— Иригов одна из кукол, — перебил Милар и выдохнул в окно облачко дыма. — На допросе это стало предельно ясно. Но, увы, выйти на того, кто им управлял — не получилось.

— Мозги расплавились.

Ардан сперва подумал, что капитан шутил, но тот выглядел предельно серьезным.

— Ага… Аверский тоже так сказал. Какое-то хитрое заклинание, которое превратило мозги Иригова в суп, стоило тому попытаться ответить на нужный вопрос.

— Интересно? — вздернул бровь капитан. — Мне стоит начать переживать за сферу твоих интересов, напарник?

— Я не об этом, — Ардан достал записную книжку и, облизнув карандаш, сделал несколько записей.

— Раньше ведь с ними поступали иначе.

— С языками, — пояснил Арди. — Помнишь, каждый раз, когда у нас появлялся шанс получить свидетеля — у них на теле взрывались печати.

— Вот, — кивнул Ардан и повернулся к окну, за которым уже стих дождь и умытая Метрополия провожала их сонливым взглядом зашторенных окон домов и пустующих витрин заведений. — Но такие печати, в теории, можно случайно обнаружить.

А вот малефеций, наведенный на определенный орган, без нужного, весьма сложного Целительского заклинания, не найдешь.

— Что ты хочешь этим сказать, напарник?

— Хотя, — задумался Милар, щелчком пальцев выкидывая окурок в окно. — Если так подумать, то из всех фигур, что смахнули с доски, ни одна не была достаточно публичной, так?

— В той или иной степени.

Ардан снова пожал плечами. Они замолчали, а город за окнами постепенно просыпался. Зажигались огни, самые ранние работники выходили на улицу и сонно брели к трамваям.

Автомобили выезжали на проезжую часть и, сверкая фарами, стремились, в основном, в сторону финансового центра в Новом-Городе.

В центральных районах мало тех, кто поднимается в начале пятого, чтобы встать за станок на заводе или фабрике. Но достаточно тех, кто открывает свои заведения, планируя меню или же, надев костюм, спешит к открытию биржи на последних этажах небоскреба Казначейства.