Матабар III

Вместе с Инашей вампир начал медленно, показательно спокойно и миролюбиво, обходить лужи крови, двигаясь в сторону выхода из помещения.

Милар и Арди не сводили с них взглядов.

У самого выхода Инаша обернулась и посмотрела в глаза Ардану.

— Не думай, маг, что мы с тобой закончили, — прошипела она и следующим мгновением их обоих скрыла вуаль тьмы.

Милар с Арданом переглянулись и ринулись в сторону лестницы.

Пнев впереди, Арди позади. Они буквально пролетели по ступеням, пока не спустились в тоннель, прежде, скорее всего, служивший для подвозки на склад разнообразных материалов.

Достаточно высокий и широкий, чтобы здесь поместилось несколько вагонеток. Только теперь, вместо пандуса, он венчался стальными, сваренными листами, по поверхности которого отплясывали мерцающие зайчики переливающегося красками стационарного щита.

В центре своеобразной стены действительно обнаружилась массивная дверь, а на ней поворотный кодовый замок.

Милар буквально подскочил к ней и начал крутить механизм.

По ту сторону гудели массивные генераторы, от которых внутрь стен, по специальным желобам, уходили кабели. А еще, прямо по центру, сидела тварь.

— Вот ведь вампирские ублюдки, — выдохнул Милар, доставая револьвер.

На них с Арданом смотрела громадная, рычащая, роняющая на пол кислотную слюну, Тазидхаская Химера.

Ардан застыл там, где и стоял.

После получения полного допуска к библиотеке Большого, с учетом произошедшего на Бальеро, Арди потратил некоторое время, чтобы лучше изучить вопрос химеризации.

И то, что он сейчас видел не внушало особого оптимизма. Среди жужжащих стальных агрегатов, пестрящих разнообразными вентилями; датчиками с прыгающими по оси стрелками; мерцающими лампами; пружинами, спрятанными под стеклом и длинными проводами, спрятанными в каменных желобах — стояла химера.

С первого же взгляда на тварь Ардан вспомнил описание из военного каталога:

И одно дело читать отредактированный каталог, и совсем другое — видеть монстра воочию. Закрывая собой проход в техническое помещение, едва ли не касаясь потолка зелеными пластинами, рычало и скребло пол когтями творение Тазидахиана.