Матабар III

— Ладно, предположим… А нам такие детали к чему?

— К тому, что первая Звезда Вселены имеет четыреста микрометров, — Алиса, не прося помощи, аккуратно и бережено убрала дорогущий агрегат в шкаф и, закрыв дверцы, заперла те на ключ. — А вот все остальные — только по сотне.

— Получается, она каким-то образом, за полгода, смогла зажечь три новых Звезды, пусть и всего по одному лучу? — удивился Ардан.

— Не совсем, Ард, — покачала головой Алиса. — У посмертных Звездных пятен есть еще и плотность, глубина и… много, в общем, чего, чем я сейчас не стану забивать ваши светлые, дознавательские головы.

Скажу так. Мы, с коллегами, после консилиума, пришли к выводу, что Вселена не зажигала Звезды.

— В смысле? — хором спросили Милар с Арданом.

— В самом прямом, — развела руками Ровнева. — Они помещены туда искусственно. Как накопители в генераторные установки. Каким именно образом — не знаю. Да и никто, наверное, не знает. Кроме тех, кто сотворил подобное. Мы, кстати, — Алиса повернулась к Ардану. — проверили твою гипотезу о демонофикации.

Подняли старые архивы времен экспериментов в данной области, но не нашли в теле Вселены ни малейших изменений, указывавших бы на хоть какой-то прогресс в данной области.

Алиса, отворачиваясь и прикрывая глаза, сдержано кивнула.

У Ардана сердце пропустило удар. Все те дети, десятки ни в чем не повинных душ, оказались загублены впустую. Из-за обмана. Вселену убедили, что она станет благодаря пролитой крови сильнее, но… все оказалось совсем не так. Каким-то неведомым образом неизвестные зажгли в ней, пусть и всего по одному лучу, но новые звезды.

Зачем тогда потребовались дети? Опять вопрос. Опять без ответа.

— Процесс, правда, весьма недолговечный, — продолжила, спустя несколько мгновений, Алиса.

— Что ты имеешь ввиду? — прищурился Милар.

— Каким бы образом в ней не зажигали новые Звезды, но способ имеет серьезные побочные эффекты в виде распространяющегося некроза соседних тканей, — Алиса закрыла ящичек с пластинками. — Отсюда возможны и помутнение сознания, изменение характера, агрессивность и неоправданная жестокость.

В любом случае, если бы Вселена не свернула себе шею, то жить ей все равно оставалось не дольше пары недель. А затем долгая, мучительная смерть, на фоне которой самые жуткие мигрени покажутся детским праздником.

В лаборатории ненадолго повисла неприятная, табачно-спиртовая тишина.

— Блеск, — выдохнул, наконец, Милар. — Селькадские водоросли, Тазидахские химеры, непонятно как взявшиеся в столице.