Матабар III

И пока несколько из них, выполняя наказ то ли шамана, то ли врача, ходили на бар и кухню, Арди успел заметить несколько деталей.

Помимо Ордаргара еще несколько орков выглядели не так, чтобы в целости и здравии. У некоторых на боку висели наспех перебинтованные руки, кто-то, сцепив зубы, хромал к стульям, усаживаясь с затянутыми жгутами ногами. А еще, сколько бы Ардан не присматривался, но никак не мог отыскать бессменного шофера Ордаргара, старавшегося не пропускать концерты Тесс.

Никогда не приходил без цветов и одним только взглядом унимал любого выпивоху, забывавшего о правилах приличия и мешавшего Тесс выступать.

— Дарг, — Аркар, шепнувший пару слов своим людям и отправив их на улицу, встал рядом с диваном и тяжело посмотрел на своего босса. — Что произошло?

— Мы ехали с приема у герцога, — Ордаргар ударом ладони начисто отсек горлышко толстенной бутылки виски и залпом осушил едва ли не половину.

Взревел орк, когда знахарь, отрезав ножницами прилипший узел брючины, начал водить по жуткой, словно обглоданной ране, раскаленным, широким ножом, попутно прямо наживую отрезая висящие шматы плоти смоченным в алкоголе скальпелем.

Ордаргар начал бить кулаком о стену, из-за чего задрожали висевшие на них маски, охотничьи трофеи, бивни и фотографии.

Экзекуция продлилась несколько долгих минут, полных боли, рычания и запаха горелой плоти.

— На выезде со старого парка, — слово взял один из орков, помогавших Ордаргару зайти в зал. — Мы попали в засаду. Два грузовика заблокировали проезд. Пологи откинули, а там — армейские ленточные пулеметы. Изрешетили автомобиль в хлам. Бордар погиб на месте.

Бордар. Точно. Так звали шофера, души не чаявшего в джазе в целом и в Тесс в частности.

— Армейские пулеметы? — даже Аркар, кажется, удивился. — Так открыто? В столице⁈

— Если бы только они, — добавил уже другой орк.

Орк замолчал, а за него закончил уже третий.

— Осколочные гранаты, Аркар, — с пустым взглядом добавил орк с изрезанным пиджаком и торсом под ним. — Закидали нас как на, мать их, Новый Год.

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь стонами и рычанием Ордаргара.

— Пижон, — процедил Аркар, сжимая кулаки и обнажая клыки.