Еще никогда прежде он не оказывался в таком хаосе из звуков, запахов и новых ощущений. В лесу, даже в самых оживленных местах, никогда не было так громко и оживленно. Только, разве что, в муравейниках, но в них Арди, до этого дня, не оказывался.
Пытаясь унять бешено бьющееся сердце и марширующие по загривку мурашки. Как учил Скасти, он постепенно отсекал от себя нити новых запахов, глушил звуки незнакомых голосов и убирал глубоко внутрь сознания образы, рождаемые в разуме охотника.
Здесь не было дичи, которую требовалось выслеживать, замечая каждую мелкую деталь, подмечая малейшие нотки ароматов в редких порывах ветра.
И не было охотников, на чьи тропы не стоило ступать.
Это другой мир.
И Арди медленно погружался в него.
Сколько он так просидел — понятия не имел, но в какой-то момент кто-то аккуратно потрепал его за плечо."
"Арди открыл глаза и осознал себя сидящем в компании полутора десятков людей. Одного взрослого и четырнадцати детенышей. Последние расселись за парты, уже обложились учебниками и тетрадями.
Надписи на доске сменились другими и статная женщина — высокая, со строгим взглядом и непонятными стекляшками в железной оправе, надетыми на нос, смотрела прямо на него.
— Ты уже так пол урока сидишь, — шепнула Анна, которая, как оказывается, села рядом с ним.
«Пол урока»… что это?
— Учащийся Эгобар, — произнесла женщина, одетая в такие же, как и все в школе, черно-белые одежды. — если вы показательно отказываетесь слушать мой урок, то с точно таким же успехом можете выйти прогуляться и не портить мне дисциплину.
Арди не понял некоторых слов, но общий посыл уловил.
— Я есть просить прощенье, — искренне извинился Арди, вспоминая как сильно болела его спина после хвостов Эргара, если тот замечал, что ученик отвлекается и невнимательно слушает. — Я быть…
— Оправдания не красят мужчину, учащийся Эгобар, — перебила учитель, после чего взяла со своего стола длинную, тонкую деревянную палочку и указала ей на доску. — Что это, по-вашему, учащийся?
Арди чуть было сходу не ляпнул — палка, но его сообразительность подсказала, что женщина указывает ему на что-то.
Вот только на что. Знаний охотника хватило лишь на то, чтобы увидеть перед собой вереницу цифр, смешанную с какими-то черточками, точечками, знаками вопросов и прочими символами.
— Цифры, — немного погодя ответил Арди. — И числа. Больше не иметь знание.
Брови учителя слегка приподнялись. Как и у Анны.
— Что же, — прокашлялась она.
