– Кто из них на какой позиции?
На этот раз пауза продлилась чуть больше, нежели в предыдущих случаях. Локис в нетерпении массировал пальцами рукоятку НРСа. Его напарник внешне выглядел куда более спокойным, словно в их распоряжении было не пятьдесят критических минут, из которых к настоящему моменту уже осталось чуть меньше сорока пяти, а целая вечность. Хосе осознавал всю необходимость ведущегося допроса.
– Рашне в комнате с окнами на север. Наблюдает за территорией. Бахман у лестницы. На случай нужной связи с основной группой.
Английский Джахангира был настолько корявым и невнятным, что и Локису, и его напарнику стоило огромных усилий понять смысл произносимых иранцем слов. Однако, когда Джахангир замолчал, Хосе удовлетворенно кивнул. Слова пленника подтверждали его личные предположения.
– У тебя рации нет, как я понимаю? Верно? – уточнил он.
– Нет. Связь только через Бахмана.
– Ясно. Ползем дальше, слуга Аллаха. Сколько человек на втором этаже?
Очередной мысленный перевод и очередной ответ:
– Тоже трое.
Фархад, Сохраб и Попак.
– Их функции и места дислокации?
Пауза.
– Комната, где компьютеры. Не знаю, как тут называется. Фархад осуществляет связь через Интернет. Сохраб вместе с ним. Охраняет и приглядывает за восточной стороной. Попак, как и Бахман, у лестницы. У него рация.
На этот раз длительная пауза последовала со стороны Альвареса.
– Выходит, что на первом этаже осталось семь человек? Верно?
– Да.
– Заложники с ними? В столовой?
Джахангир непонимающе заморгал глазами.
Хосе пояснил:
– Заложников согнали в большое помещение на первом этаже, где стоят обеденные столы?
– Да.
Они там.
– Кто-нибудь уже принесен в жертву?
Джахангир не отвечал слишком долго. То ли старательно переводил, не понимая смысла фразы, то ли не решался ответить. В итоге он все же прохрипел:
– Насколько мне известно, пришлось убить одну девочку. Больше никого. Хотя недавно были новые выстрелы… Но я не знаю, что там произошло. Я не спускался. Мне не велено покидать объект. Я следил за камерами.
– Джахангир взглядом указал на три составленных в ряд монитора. – Так распорядился Шахриар.
На лице Альвареса появилось свирепое выражение. Глаза налились кровью. «Пришлось убить одну девочку». Значит, к настоящему моменту уже не обошлось без жертв. Испанец решительно поднял руку с ножом на уровень лица пленника, но в последний момент сумел совладать с охватившими его эмоциями. Сейчас следовало думать не о мести, а о сохранении жизни сорока четырех заложников.
