Хосе уважительно покачал головой, а затем его рука уверенно легла на плечо Локиса. Дескать, действуем…
Владимир шагнул из-за косяка, припал на одно колено, вскинул нож на уровне груди и, мгновенно прицелившись в высокую широкоплечую фигуру противника, плавно нажал кнопку. Иранец находился к нему лицом. Он заметил Владимира – не мог не заметить. Однако все действия спецназовца были настолько быстрыми и отлаженными, что оказать сопротивление у террориста не хватило времени. В считаные доли секунды взведенная «стрелка» выскочила из рукоятки ножа, со свистом рассекла погруженное в полумрак пространство над лестничным пролетом и, подобно разъяренной осе, впилась иранцу в шею.
Бахман покачнулся и повалился лицом вперед. Альварес перепрыгнул через отставленное колено напарника, кувырнулся на дощатом полу, рыбкой нырнул вперед и своевременно принял на себя безвольно падающее тело, рукой придержав выскользнувший из пальцев Бахмана «узи». Абсолютная тишина здания не была нарушена ни единым посторонним звуком.
Третий по счету террорист был нейтрализован так же чисто, как и предыдущие два, не считая потраченного боезапаса НРСа, на который имелись существенные ограничения.
Локис перевел оружие в нейтральный режим и пружинисто поднялся с колена. Альварес сгрузил поверженного террориста на пол.
– Он жив?
– Пока жив. – Владимир повесил нож на пояс рядом с флягой.
– Что значит «пока»?
– «Стрелка» с ядом рассасывается в крови за две минуты.
Жертва умрет, если срочно не ввести противоядие.
Локис перевернул Бахмана на спину и рывком расстегнул у него на груди куртку. Задрал вверх черную майку. Весь живот иранца так же, как и нижняя часть груди, был испещрен мелкими застарелыми шрамами. Тело Бахмана слегка подрагивало в конвульсиях, на висках выступил пот. Смуглое от природы лицо сделалось почти меловым. На губах проступили едва заметные следы белой пены. Локис, подобно профессиональному фокуснику, вынул из рукава собственной куртки шприц.
Два кубика мутноватой белой жидкости уже были закачаны в цилиндр. Спецназовец снял колпачок с иглы и вогнал ее в нижнюю мышцу пресса на животе Бахмана. Альварес как завороженный наблюдал за действиями напарника со стороны.
– Черт! Никогда прежде не видел подобного оружия. Не говоря уже о том, чтобы самому пользоваться им."
"Владимир выдернул шприц. Противоядие было введено. Процесс остановлен.
