Мажор

Оно так очевидно подчеркивало соблазнительные изгибы точеной фигуры, что я ощутил, как в паху разливается приятное тепло.

Злата улыбалась и усиленно жестикулировала, обращаясь к какой-то неизвестной мне девице. Весь ее облик излучал грацию юной королевской особы: величие и стать, пронизанная лучами всеобъемлющей женственности. А самое поразительное – она, похоже, даже не подозревала, насколько хороша собой!

Обратил внимания на бесчисленные голодные взгляды, сосредоточенные вокруг моей золотоволосой принцессы.

Впору было уже нанимать охранников, но я решил, что и сам неплохо справлюсь с этой задачей. Таранил её ненасытным взглядом, только теперь отчетливо понимая: мне нужна была эта боль. Она меня переплавила, выковав заново из раскаленного железа. Я стал сильнее, жестче. Даже несмотря на обманчивое внешнее спокойствие, мятежное сердце покрылось стальными доспехами. Эти месяцы одиночества помогли понять, каким хочу видеть себя через пять, десять, пятнадцать лет…

Феликс Железнов не мажор, а мужик.

Мог бы смотреть на нее до скончания веков, однако внутренний голос подсказывал: «Вперед, надо действовать!»

Но меня опередили.

Иван Политов подошел к Злате и, широко улыбаясь, стал вешать лапшу на уши. По правде говоря, мне бы хотелось, чтобы это оказалась лапша, какая-нибудь несерьезная чушь, но Ванька производил впечатление порядочного парня. Он уже три года играл в высшей лиге, все свободное время посвящал тренировкам. Насколько я знал, спортсмен обитал в хорошей квартире, а недавно похвастался, что взял иномарку прямо из салона.

По пояснице скатилась капелька пота, когда представил, как они будут спать вместе каждую ночь. Стиснул зубы, молча, глядя на то, как он подкатывает к моей златовласке. Ну вот, сейчас предложит подбросить до дома, потом они заедут куда-нибудь поужинать, а потом…

Челюсть упала до земли – Злата вежливо улыбнулась, разворачиваясь и направляясь к выходу. Иван, похоже, был ошарашен не меньше: несколько секунд он изумленно глядел вслед удаляющейся девушке.

Мой рот расплылся в дьявольской усмешке, ускорил шаг, чтобы поскорее догнать ее…

Злата

Работа обязывала участвовать в этом пафосном мероприятии, но я никому не обещала развлекать самовлюбленных спортсменов. С каждым шагом удаляясь все дальше от просторного холла, во мне крепла уверенность – кто-то свыше откровенно насмехается, посылая очередного кавалера баскетболиста.