Губы трубочкой вытянула. Вспыхнула, когда услышала тихий смех, а потом потерялась во времени и пространстве, когда Егор смял мои губы, нежно и ласково пробиваясь языком внутрь моего рта.
Уступила.
А затем вздрогнула, прошитая раскаленной молнией от макушки до пят.
— Ляля...сладкая моя...
Но Егор не просто целует меня – его руки везде. Гладят, прихватывают под попу, куда-то несут...
Ой-ой!
А между тем его язык накачивает меня концентрированной эйфорией, которая лупит прицельно по мозгам, взбивая их будто в блендере.
А еще в низ живота, разогревая мои внутренности, словно на адской сковородке.
Немыслимо! Горячо! Остро!
На мгновение оторвался от меня и заглянул в глаза.
— Останься со мной, Ляля. Подари мне это свидание. Обещаю, я все между нами исправлю. Обещаю..."
"Встряхиваю головой, пытаясь отыскать в себе свой стыд и гордость, но нахожу от них только разбитые вдребезги кучки. Жалкое зрелище, но и я так легко сдаваться не собираюсь.
— Нет! — еле ворочаю языком, хотя мне так хочется остаться с ним.
Навсегда!
Гребаное безобразие!!!
— Уверена? — прикусывает мочку уха, очерчивая языком раковину, а потом и дуя на нее, порождая в моем размякшем теле миллионы пьяных мурашек.
— Ага..., — уже не понимая толком зачем, в отрицании трясу я головой.
— Тогда прости, но ты не оставляешь мне выбора.
— Что?
Но ответа на свой вопрос я не получаю, только задыхаюсь и вскрикиваю, когда мы оба падаем в джакузи.
Мамочки! Хотя, чего это я? Тут другое орать надо.
— Сечин! Скотина! Убью!!!
Тут же заверещала во весь свой голос, нисколько не стесняясь.
Со всей дури, чтоб вас! Надрывая глотку и срываясь со своих последних предохранителей. Довел-таки, Ромео недоделанный.
А чего и кого уже бояться? Я давно весь свой страх потеряла. Вместе со стыдом, совестью и инстинктом самосохранения. Моя крыша так далеко и надолго свалила, что назад её вернуть вряд ли предоставляется возможным.
Всё он!
Красивый мальчик с пронзительным лазоревым взглядом. В женских романах о нём написали бы по классике жанра: его глаза были цвета яркого летнего неба, такими, в которых отражалась целая вселенная.
И, кажется, глупая Ляля Зарецкая начиталась именно этих книжек на свою голову. Стоило мне лишь ненадолго задержать свой взгляд на таракане, как всё — пиши пропало.
Я больна. Да! И он больной по всей видимости тоже!
Никаких границ у человека нет. О чём я, конечно же, не преминула сообщить своему бывшему, но крайне назойливому соседу.
