Доктор поставит вам аппарат, чтобы вы хорошо слышали, — серьезно рассуждал Олежка, а у нас от смеха слезы на глазах, представляю лица всех «глухих» и оратора Вадима.
В кармане куртки зазвонил телефон. Достав его, я приняла вызов.
— Лена, вы еще не в аэропорту? — беспокойным голосом спросила свекровь.
— Нет, мама. Ждем Вадима, у него совещание.
— Нашел время. Там опять дождь собирается. Тучи ужасные на небе. Отменят рейс, останетесь в этой глуши. Зачем тебя потащил с собой? А вдруг роды начнутся? Там же нормальных специалистов не найдешь, ни одной приличной клиники.
Сказала ведь, чтобы отвез вас в Майами…
Если Инесса Всеволодовна заведется, ей лучше не мешать. Не сразу мы нашли общий язык. Долго она напоминала, что я не подхожу ее сыну. Вадим жестко пресекал, но не помогало. А потом она попала в аварию, и мы с Линой за ней ухаживали, проводили вместе вечера, как-то незаметно отношения потеплели. Лину она тоже не принимала, а тут вроде оттаяла. Потом родился Олежка, и свекровь будто подменили. Попросила называть ее мамой.
Более заботливой бабушки, чем Инесса Всеволодовна, я не видела. Мои родители носятся с внуком от Марины.
«Жалко девочку, одна воспитывает сына, — говорила мама. — Урод какой-то ее бросил беременную!» — а то, что этот урод был женат, и сестра прекрасно об этом знала, не считается. А еще отсудила неплохие алименты. В этой истории у каждого своя правда. Я туда не лезла. Все рано Маринка не прислушается.
Инесса Всеволодовна не только Олежку любит и балует, а еще Ангелину – дочь Влада и Лины.
Удивительно, но она не делает между ними различий. Внуки любимые и только ее. Не разрешает няньку взять в помощь. Возится с ними с утра и до вечера. Теперь вот внучку ждет, переживает. Порой мне кажется, что ее материнский инстинкт с Вадимом не был реализован, теперь она отрывается на внуках.
— Лена, ты тепло одета? — вернул из размышления голос свекрови в трубке.
— Да, мама.
— Олежка в тонкой курточке улетел. В Краснодаре тепло, а в Москве уже холодно…
— Мам, у него здесь целый гардероб одежды, не переживайте, он в теплой куртке.
— Ну, хорошо, хорошо. Я вас жду.
Свекровь положила трубку, но я знала, что она еще несколько раз позвонит, пока мы не приедем в особняк.
Вадим вышел из кабинета с сыном на руках.
— И кто это здесь спасательную миссию устроил? — спросил он, подходя ближе и заглядывая в глаза. Не знаю, как это возможно, но каждый раз, когда он смотрит на меня, вижу в его глазах глубокую любовь и нежность. До мурашек пробирает.
