Надоел Виктору этот истерик со своим гипертрофированным самоуважением.
Да и пора было кончать с игрушками в казаки-разбойники. Бандиты бандитами, а ротмистр Алмазов-Рюмин шутить не будет. Господа офицеры поопаснее Собана с его уголовниками.
Пора, пора прощаться с Москвой.
Сегодня он берет контору, а потом милая Олечка с дураком мужем. Там ценностей!..
В его распоряжении было три машины.
На пустыре, в Марьиной роще, Копытин проверил у людей оружие, проинструктировал. Конечно, если бы вместо этой уголовной сволочи были офицеры, он бы считал план реализованным.
Но ничего, попробуем.
Три машины с пустыря разъехались в разные стороны, чтобы через полчаса встретиться в Банковском переулке.
Копытин посмотрел на часы. Пять. Пора, в это время все сейфы открыты, начинается подсчет валюты."
"— Начали, — скомандовал он. — Быстро к дверям. Глушите милицию и — в помещение. Берете все, что в кассах под номерами один и три. Я прикрываю.
Машины рванули с места. Копытин закрыл глаза и перекрестился.
Когда машины подъехали к конторе и бандиты подбежали к дверям, их встретили выстрелами из нагана.
А со стороны Лубянки и Прудов — грузовики с красноармейцами. Из кабины одной из машин ударил пулемет, лес штыков окружил бандитов.
— Ходу! — крикнул Копытин.
Машина сорвалась с места, запетляла по переулкам и остановилась только в Лялином.
— Что будем делать? — спросил шофер.
— Вон трактир, видишь? — кивнул Копытин. — Перекусим и на новое дело пойдем.
— Фартовый ты парень, Витя, — с тобой хоть на рога, — засмеялся бандит, сидевший сзади.
Копытин закурил. Затянулся жадно. У него остался последний шанс.
Ольга Григорьевна, не снимая шубы, сидела у окна.
Она и мужа заставила одеться. На столе лежал чемодан темной кожи. В нем все достояние Петра Львовича.
А он потел от волнения, да и в шубе жарко, пенсне протирал.
— Ты, Олечка, с ума сошла с этим Виктором.
— Ты просто ревнуешь.
— К нищей пехтуре?
— Он мужчина, а это за деньги не купишь.
— Ты становишься вульгарной, — вздохнул Петр Львович.
— Ах, оставьте ваши нравоучения хотя бы в такой день. Я… Авто… Авто… Это Виктор, — Ольга Григорьевна побежала к двери.
— Здравствуйте, Петр Львович, — Копытин вошел в комнату и стал у двери, щелкнув каблуками.
— Виктор Алексеевич, — прочувствованно сказал Петр Львович, — вот в этом чемодане все. Этого хватит на две жизни в Париже. Помните…
Копытин не дал ему договорить, рванул чемодан.
Ольга увидела его лицо и начала пятиться к дверям в комнату.
