Меч Лета

На губах Хэрта возник намек на улыбку, что в его случае равносильно дикому хохоту, и он продемонстрировал несколькими выразительными жестами, как вытаскивает из кастрюльки сваренного эльфа.

Блитц с подчеркнутым равнодушием шутку друга проигнорировал.

– Свартальфы обычно выше ростом, чем среднестатистический нидавеллирский гном. К тому же мы записные красавцы. Но речь в данный момент о другом, – несколько стушевался он. – Мы с Хэртстоуном прибыли, чтобы помочь тебе.

Я решил, что Блитц просто оговорился, но Хэрт энергичным кивком и жестами подтвердил:

– Таково мое полное имя, а его, – указал он на Блитца, – полностью зовут Блитцен.

– Сынок, у нас мало времени, – заторопился вдруг подвид гнома. – Мы два года приглядывали, чтобы с тобой ничего не случилось.

– По приказу босса? – полюбопытствовал я.

– И кто же ваш босс? – не отставал я.

– Ну, это закрытая информация, – ушел от ответа Блитц. – Но он из хороших ребят. Возглавляет нашу организацию, цель которой как можно дольше отсрочить наступление Рагнарока.

– Ну-у, наверное, вы работаете на Локи, – предположил я.

Блитц с возмущением вскинул голову, а Хэрт жестом изрек самое сильное и забористое из ругательств, которым меня научил.

– Вот уж не заслужили мы от тебя таких оскорблений, сынок. – В голосе Блитца звучала искренняя обида. – Целых два года я каждый день одевался в тряпье бездомного. Личную гигиену, можно сказать, отправил с концами в Хельхейм. Ты даже представить себе не можешь, сколько времени я был вынужден по утрам лежать в ванне с ароматической пеной, чтобы хоть ненадолго избавиться от кошмарного запаха.

– Ну извини, – поспешил его успокоить я. – Наверное, вы работаете с Самирой. Валькирией.

Хэрт отпустил жестом еще одно смачное ругательство и прибавил к нему:

– С той, которая забрала тебя? Нет уж. Она, наоборот, только нам помешала.

Точнее, я вам сейчас перевел его жесты во что-то логичное, а на самом деле он сказал на своем языке немых следующее: «Она. Взять. Ты. Сделать.

Но мне-то его телеграфная речь совершенно понятна, во всех нюансах.

– Ты не должен был умереть, сынок, – вступил в беседу Блитц. – В нашу задачу входило не довести до этого. Ну а теперь ты эйнхерий. Впрочем, может, у нас еще все получится. Сейчас главное тебя как-то отсюда вытащить, чтобы ты нашел меч. И попрошу не спорить. Я понимаю, ты здесь, считай, как в раю. Все тебе ново, интересно, будоражаще…

– Да хватит тебе, – надоели мне его уговоры.