Меч Лета

 – В общем, Один отнес меня в Йотунхейм, где находится тайная пещера с волшебным источником, что питает корни дерева Иггдрасиль. Там он поместил мою голову прямо в колодец. Вода возвратила мне жизнь, и я впитал все знания Мирового Дерева. Мудрость моя увеличилась в тысячи раз.

– Но вы остались по-прежнему только… отрубленной головой, – снова не удержался я.

Голова в воде гордо вскинулась.

– Это ни в коей мере не мешает мне успешно действовать во всех Девяти Мирах. Займы. Защита. Игровые автоматы патинко…

– Патинко? – переспросил я.

– О-о, это огромный рынок, – покивала мне из воды голова. – К тому же я постоянно работаю над проблемой недопущения Рагнарока. Он плох для бизнеса.

– Ну, наверное. – Убедившись, что эта беседа может продлиться еще невесть сколько времени, я все же решился сесть. Сэм и Хэрт тут же последовали моему примеру. Вот трусы!

– Один тоже время от времени приходит ко мне за советами, – сообщила с гордостью голова. – Я его консильери. Советник. Колодец знаний находится под моей охраной.

Иногда позволяю испить его вод путешественникам. Разумеется, не бесплатно. Такое должно иметь свою цену, – веско добавил он, и слово «цена» накрыло всех нас, как тяжелое душное одеяло.

Блитцен замер в столь неестественной позе, что я на какой-то момент испугался, не окаменел ли он. Хэртстоун вперился взглядом в настил причала, словно его вдруг безумно заинтересовала структура дерева. Мне стала ясна причина, по которой мои друзья попали под власть Мимира. Испили из его вод, простите меня за двусмысленность, и оказались вынуждены заплатить за это двухлетним наблюдением за мной.

Интересно, стоили ли того знания, которые им открылись?

– Ну и что же вы от меня-то хотите, Великий Мимир С Большими Связями? – нарушил я молчание.

Мимир выплюнул пескаря.

– Надо ли мне говорить тебе это, юнец? Ты сам уже все знаешь.

Меня подмывало ему возразить, однако, чем дольше я его слушал, тем явственней ощущал себя так, будто бы вместо воздуха мои легкие наполнялись чистым кислородом.

Не скажу, чтобы Капо сильно меня вдохновлял. Тем не менее рядом с ним голова моя стала варить куда лучше прежнего и множество странностей, с которыми я столкнулся за последние несколько дней, сплелись в единый узор.

В памяти вдруг всплыла иллюстрация из детской книжки скандинавских мифов. Сюжет ее был столь ужасен даже в малышовом варианте, что мое подсознание моментально меня от него заблокировало на многие годы. И вот теперь…

– Волк, – сказал я.