Меч Лета

 – Я расскажу тебе о твоем отце, о гибели мамы и по какой причине она отказалась от моей помощи… Все это связано. – Его указательный палец метнулся в сторону экспозиции викинговского добра. – Я подчинил свою жизнь без остатка единственной цели. Пытался раскрыть одну историческую тайну, но до недавнего времени не видел картины в целом. Я ее вижу только теперь. Все вело к этому дню. Твоему шестнадцатилетию.

Я попятился к окну, стремясь оказаться как можно дальше от дяди Рэндольфа.

– Для меня девяносто процентов того, что ты говоришь, вообще темный лес.

Но если ты можешь хоть что-нибудь рассказать об отце…

Дом с такой силой встряхнуло, будто вдалеке пальнули одновременно из нескольких пушек. Уши мне заложило от басовитого грохота.

– Они вот-вот будут здесь, – предупредил дядя Рэндольф. – Наше время на исходе.

– Кто они? – спросил я.

Он, опираясь на трость, двинулся в мою сторону. Колено правой его ноги не сгибалось.

– Магнус, я понимаю, что слишком много прошу, а у тебя нет особой причины мне доверять.

И все же ты должен сейчас пойти со мной вместе. Я знаю, где спрятано то, что принадлежит тебе по праву рождения. – Он указал на стол, где лежали пергаменты. – Вдвоем мы сможем вернуть твое наследство, и это единственный способ тебя спасти.

Я глянул через плечо из окна на улицу. Хэрт исчез. Я бы на его месте поступил так же. Надо мне было его послушаться. Я попытался отыскать в дяде Рэндольфе сходство с мамой. Хоть одну маленькую общую черту, которая бы смогла внушить мне доверие. Но ничего не нашел.

Фигура внушительная. Манеры скованные. Взгляд выразительных черных глаз напряженный. На лице ни малейшего признака чувства юмора… Он был полной противоположностью мамы.

– Моя машина стоит возле задней двери, – объявил он.

– М-может, мы подождем дядю Фредерика и Аннабет? – с надеждой пробормотал я.

Дядю Рэндольфа просто перекосило.

– Они мне не верят. Никогда мне не верили. Я привез их в Бостон лишь от отчаяния и в последней надежде, что они помогут тебя найти. Но теперь, когда ты уже здесь… – Он осекся.

Дом снова дрогнул. Грохнуло сильнее и ближе, чем в первый раз. Мне бы очень хотелось найти какую-нибудь простую причину: стройка поблизости, или военная церемония, или что-то другое, столь же легко объяснимое. Внутренний голос, однако, подсказывал мне совершенно иное. Нашу квартиру два года назад трясло точно так же и с точно таким же шумом, похожим на исполинскую поступь Гаргантюа.

– Пожалуйста, Магнус, – голос у Рэндольфа дрогнул.