Меч Лета

 – Сэм надвинула поплотнее на голову капюшон куртки. – До сих пор не пойму, зачем мне понадобилось тогда вступать в схватку с великаном. Ребята в школе ко мне относились ужасно. Ну, знаешь, такая нормальная ерунда, когда всем скопом против кого-нибудь одного ополчаются. Вопросики постоянно мне задавали, не террористка ли я. Сдирали хиджаб. В шкафчик записочки всякие мерзкие и рисунки подкидывали. Вот я иногда и думаю: что мне стоило, когда великан напал, притвориться обычной смертной и спрятаться в безопасном месте? Почему мне такое тогда даже в голову не пришло? С какой радости я рисковала жизнью ради этих ребят?

– Ты что? – удивилась она.

– Да вот просто вспомнил, как кто-то мне говорил, что героизм – это незапланированная храбрость. Такая естественная реакция на критическую ситуацию, которая идет от сердца без малейших мыслей о вознаграждении. Тот человек мне это сказал тогда так уверенно.

Сэм фыркнула, а я продолжал:

– Прийти сюда больше требовалось не тебе, а мне. Теперь я окончательно понял, почему мы хорошая команда.

Она иронически изогнула брови.

– Да-а? Мы хорошая команда?

– А вот скоро проверим, – глянул я в северном направлении, где за завесой метели скрывалась Длинная верфь. – Давай-ка отыщем Блитцена и Хэртстоуна и все вместе займемся тушением Огненного Гиганта.

Славненький смертоносный морской круиз на закате солнца

Блитц и Хэрт ожидали нас возле здания Аквариума Новой Англии.

Блитц экипировался в новенькую одежду: военную форму цвета хаки, желтый широкий галстук и в тон ему желтый шлем с желтой солнценепробиваемой вуалью.

– Очень подходящий комплект для охоты на волков, – сообщил сияя, он нам.

И, продолжая сиять, начал рассказывать, как волшебство Тора занесло его прямиком в лучший супермаркет Нидавеллира, куда ему и впрямь крайне требовалось попасть и где он воспользовался своей свартальф-экспресс-картой для оплаты экспедиционной экипировки, которую составили несколько комплектов сменной одежды и практически вечный гарпун из костяной стали.

– Но дело и этим не кончилось, – прибавилось еще на несколько градусов радости в нашем гноме.

 – Поединок со мной вышел злобному хмырю Джуниору большим боком. Слухи о его позорном проигрыше распространились повсюду. Меня же больше никто ни в чем не упрекает. Про слепня и про вас остальные забыли начисто. Все теперь только и твердят, какие я делаю потрясающие стальные доспехи, и много народа жаждет их получить. Если сегодня выживу, то примусь, наконец, за выпуск собственной коллекции одежды.