Онлайн-библиотека книг
Но Гуннхильд лишь поцеловала его и улыбнулась так, что у юного викинга защемило сердце: случится ли ещё раз обнять старшую сестру, у которой он рос, словно при матери?..
Он крепился и говорил себе, что сыну Рагнара Лодброка не пристало раскисать перед дальним походом. Отец много беседовал с ним. Харальда ждали в Гардарики датчане, оставшиеся без хёвдинга. А может быть, и гардская дева, которая даст ему могущественных родичей в доме конунга Альдейгьюборга. Наверное, она будет красивой и сильной, как Друмба, и он полюбит её.
"Но потом вспоминалось, что Дигральди, которого он любил, выживет или издохнет уже без него, а он узнает о судьбе пса хорошо если будущим летом… И заново представала вся громадность дороги, готовой лечь под киль корабля, и невозможность – даже если захотеть – вернуться в прежнюю жизнь, привычно вершившуюся ещё накануне.
Слепая провидица стояла на пристани, как всегда сопровождаемая верной подругой. Когда корабли отошли от берега и начали поднимать паруса, Гуннхильд вдруг пошатнулась и поднесла руку к груди:
– Как тяжело дышать… Где мой муж? Ты видишь его?
– Он стоит рядом с конунгом, – ответила Друмба.
– Недобрый взгляд коснулся его… – пробормотала Гуннхильд. К её словам обычно прислушивались, но случилось так, что стоявшие на пристани как раз в это время заметили двух больших воронов: птицы поднялись где-то за крепостью и теперь летели вслед кораблям, громко каркая и неторопливо взмахивая чёрными крыльями.
– Смотри, конунг! – сказал Хрольв, указывая рукой.
Зря он это сказал… Оба ворона неожиданно шарахнулись в воздухе, то ли чем-то напуганные, то ли подхваченные внезапным порывом переменчивого морского ветра… А может, властно коснулась их высшая Воля, внятная сердцам птиц, но не простых смертных людей. Смолкло хриплое карканье, и воронов, ставших похожими на две горелые тряпки, унесло в сторону болотистых пустошей.
