Даже при тщательно накрапленной колоде!
– Зачем? Чтобы наш базар на пленку записывать? – Он презрительно выпятил губу. – Ты что, нас за лохов держишь?
Соболь и Толченый угрожающе насупились. Но Дядя не обращал внимания на частности. Не хочешь, не надо, это твое собачье дело.
– Что надо? В чем проблема? – сухо спросил он, колючим взглядом окидывая незваных гостей, и тем захотелось поежиться.
– Да в том, что ты здесь лоховскую играешь! Все подстроено на проигрыш, выиграть невозможно! – с напором сделал предъяву Лисицин.
– Да ну? – презрительно скривился Дядя. – Твои «быки» в рулетку выиграли? Выиграли! У нас есть видеозапись, можно увеличить и сумму подсчитать!
Пит готов был разорвать своих спутников.
– А в автоматы проиграли! – упрямо гнул он свою линию.
– Ну и что? Ты что, все время выигрывать хочешь? Нет, братан, так не бывает! Можем у кого хочешь спросить. Хоть на вашей сходке!
Дядя и Пит стояли друг напротив друга, сверлили друг друга взглядами и пытались задавить друг друга звериными биоволнами.
Невидимые вихри злобной энергии сшибались, взаимно отталкивались, закручиваясь вокруг сильных жилистых тел с отчетливо выраженной черной аурой. Если бы в зале оказался опытный борец с нечистой силой, то он бы сразу распознал двух противостоящих друг другу дьяволов. Но в казино экзорцисты не заходят, тут в основном резвятся те, с которыми они борются.
– На наши сходки таким как ты ходу нет. Ни «спортсмены», ни рэкетиры, ни «апельсины» у нас слова не имеют! Таков воровской «закон»! – Пит презрительно выпятил нижнюю губу.
Но на противника это впечатления не произвело."
"– Ты откуда свалился, Лисица? Сейчас какой год на дворе? У синих свои «законы», у нас свои понятия! А авторитета у меня не меньше, хотя я на параше не сидел и камерную вонь не нюхал! А вот ты не по «закону» поступаешь…
– Ты меня на понт не бери! Я перед бродягами – кристально чистый человек, – с пафосом заявил Лисицин. – За это и получил корону! Я – вор. Законник! Знаешь, что это значит?
– А чего ж ведешь себя как мелкий урка? Пришел, нахамил, драку устроил, людей распугал! Где же кристальная чистота? Надо было политес соблюдать!
– Чего соблюдать?
Дядя с превосходством усмехнулся:
– Что, до буквы «п» в своем словарике ты еще не дошел? Словцо такое умное есть.
Заграничное!
Серые глаза Лисицина блеснули, как блестит клинок ножа, прижатого под кадыком поперек горла. Он чувствовал, что «по базару» проигрывает своему противнику. Но любой настоящий «законник» еще и хороший дипломат.
