– Поищем наших пацанов еще пару дней да поедем обратно.
На самом деле он вовсе не собирался задерживаться в Тиходонске. Все решится в ближайший час. Но сообщать о своих планах Козырю не хотел. Ведь подозрения с того полностью не сняты. Возможно, поступит команда прострелить местному авторитету башку, и он недрогнувшей рукой сделает это.
– О чем базар, братва, – в свою очередь ломал комедию Козырь. – Что от нас нужно – говорите, мы все сделаем! Чем можем, поможем!
На такой оптимистической, мажорной ноте бандиты расстались.
Емельян проводил москвичей до выхода, изображая радушную улыбку, открыл дверь.
– Пока, пацаны…
Жердь посмотрел вниз, чтобы не споткнуться о порог. Ему не терпелось выскочить наружу. Но рассеянный взгляд зацепился за туфли Емельяна. И задержался на них дольше, чем обычно. Ненамного дольше: на пару секунд. Но дольше, чем обычно смотрят на обувь незнакомого человека.
– Удачи, братан! – сказал Муравей.
– Бывай, – буркнул Жердь.
Тяжелая стальная дверь захлопнулась за гостями.
Емельян вернулся в комнату. Его насторожил последний взгляд гостя. Правда, может, просто понравились туфли? Все пацаны обращают внимание…
– А кто это был? – спросил Емельян у Козыря. Тот снял взопревшую рубаху и, откинувшись на спинку стула, пил водку из стакана.
– Да кенты тех бакланов, что мы под трубу положили, – ответил за шефа Умный. – Так что держи с ними ухо востро!
Емельян остолбенел. Значит, этот приезжий все понял! Недаром он так пялился!
На самом деле, озабоченный гранатами в руках своих отморозков, Жердь понял не все и не сразу.
Быстро выйдя на улицу, он сделал знак татуированным дебилам и быстро пошел прочь.
– Подожди, я уже кольцо вытянул! – крикнул вслед один из татуированных. – Надо вставить!
– Потом вставишь!
Они завернули за угол и зашли в пустынный неухоженный парк, где какой-то мужик выгуливал маленькую белую собачонку. Издали за ними наблюдал совсем молодой юноша в неброской одежде и черной вязаной шапочке. Заподозрить в нем соглядатая было очень сложно, именно поэтому он считался одним из лучших наблюдателей Волкодава.
Муравей сразу плюхнулся на грязную скамейку. Жердь брезгливо поморщился и остался стоять. Отморозки стали рядом, один возился с приведенной в боевое положение гранатой. Руки с синими пальцами заметно дрожали.
– Ты зачем кольцо выдернул?! – зло спросил Жердь, с трудом сдержав бранное слово.
– Так бросать хотел!
– В нас?! Если б не вышли, бросил бы?!
– Ну! – кивнул боец.
