Но тот, кто сел на герыч долго не проучится. Да и не проживет долго. А вот стимуляторы – да. Во время сессии некоторые пьют. И эфедрин, и сиднокарб… Я их тоже на учет ставлю, сообщаю вашим…
– Погодите, так, может, и моя дочь пьет эти… стимуляторы?
«Бобер» перестал улыбаться:
– Дочь? Ну, это уже вам виднее. На каком она факультете?
– Журфак.
– Вряд ли… Там же контингент совсем другой. Да и вообще: не надо паниковать и сгущать краски. У нас же государственный вуз, а не наркопритон! Здесь все под контролем, как у вас дома!
– Надеюсь, что так, – мрачно буркнул Анисимов, вставая.
– У меня дома полный порядок – даже мыши по ниточке ходят!
Полковник Анисимов не мог и представить, что мыши вышли из повиновения.
В эту самую минуту Дима Кравцов, он же Крючок, находился у него дома, лежал совершенно голый рядом с голой Леной и чувствовал себя исключительно прекрасно. День в разгаре, родителей дома нет – отрывайся по полной программе! Только Ленка лежит как бревно и ломает весь кайф.
– Да брось ты, Ленок! Что ты слушаешь всяких сорок? Мало ли что в общаге болтают…
– Они конкретно говорят, – бесцветно отозвалась девушка.
– На дне рождения у Нинки Логиновой «торчки» с химфака избили нашего старосту. А дурь именно у тебя взяли. Теперь наши пацаны пойдут разбираться с вашими, а уж тебе точно не поздоровится…"
"– Ерунда, – пробормотал Крючок, уверенными движениями массируя ее грудь и покусывая соски. – Перебесятся, потом успокоятся. Меня никто не тронет, за мной серьезные пацаны стоят. А под арматуру ложиться никому неохота…
– С «торчками» хороводы водишь, – сказала она, не реагируя на ласки.
– Вляпаешься когда-нибудь. Не сейчас, так потом.
– У кого голова есть, тот не вляпается. К тому же в универе я только так… вроде левого приработка. У меня солидная площадка есть, туда придурков не пускают.
– Это где же?
– Казино одно центровое. Обслуга в смокингах и все такое.
Лена вздохнула. Она лежала в своей девичьей кроватке, заложив руки под голову, смотрела в потолок и на его покусывания не откликалась.
У нее было красивое тело. То, что она сбросила несколько килограммов, ей даже шло, она теперь казалась старше своих девятнадцати. Опытней. Это Крючку нравилось. Лицо простоватое, без затей, интеллект там не оставил явных отпечатков (вряд ли веснушки являются признаком ума, верно?) – ну так и ладно, ведь не жениться на ней Крючок собрался. Честно говоря, он уже решил потихоньку свалить на сторону. Трах трахом, но деньги для него важнее.
