Меч обнажен

Они ведь всё равно ждут вашего выступления — раньше или позже…

— Ну? — спросил Ван Блеекер у остальных, — Что скажете?

— Повторяю: начинать немедленно! — отозвался Сэм.

— Согласен, — чуть погодя подхватил Кейн. — В словах Уотсона есть смысл,

— Пойдём сейчас, — добавил свой голос Лоренс.

— Мои люди готовы, — пообещал моро.

— Хорошо, — Ван Блеекер сдался. — Пойдём сейчас. Каждый отвечает за своё оружие, и не забудьте факелы…

Если бы Уотсон много раз не повторял, что нужно держать глаза открытыми, они могли бы пропустить заднюю дверь в гору.

Как и говорил лётчик, её можно было не заметить даже в нескольких футах. Но их ждал часовой. Этот часовой метнулся к ногам Кейна и чуть не опрокинул его.

— Да это глупая кошка!

— Точно. Уотсон ведь говорил, что она поселилась у него, — Сэм взглянул на гладкого зверька. — Смотри… куда она пошла…

Кошка с «Самбы» исчезла в узкой расщелине, и вслед за ней двинулся остальной отряд. Щель оказалась такой узкой, что временами приходилось пробираться боком.

Хуже всего в таких местах приходилось рослым самоанцу и Кейну, американец даже задумывался, останется ли у него к концу путешествия кожа на плечах и бёдрах

Он завидовал кошке с её четырьмя лапами и отсутствием груза. Свет электрических фонарей, хоть и яркий, не позволял увидеть все неровности прохода, и поэтому они постоянно спотыкались.

— Неудивительно, что Уотсон выглядел так, словно провёл десять раундов с чемпионом, — заметил Кейн. — Более тяжёлого прохода я не встречал.

Хуже даже, чем на грязных тропах Новой Гвинеи.

— Помолчи и топай, буркнул сзади Сэм. — Мы не можем идти весь день…

После особенно тяжёлого подъёма они оказались у круглого входа в ещё одну пещеру, такого размера, что фонари освещали только ближайшее окружение. Гулко зазвучали шаги на камне, и на людей набросилось множество летучих мышей. Кошка пришла в дикое возбуждение, она прыгала в воздух и вопила, промахиваясь.

— Ну, куда отсюда? — спросил Сэм. — Разве не здесь нас должен встретить проводник?

Предводитель моро указал направо.

— Он прячется там, — небрежно заметил Куран. Никто не заметил человека, о котором говорил Куран.

Ван Блеекер передвинулся к стене.

— Вы можете с ним поговорить? спросил он у моро.

Тот пожал плечами.

— Попробую, — и перешёл на язык, в котором Кейн не понял ни слова.

Все молча ждали. Моро заговорил снова. На этот раз что–то зашелестело, удаляясь в темноту, Куран бросился вдогонку, его люди за ним.