Меченый

У него был клиент из старого уважаемого рода, принадлежащий к высшему обществу, который скрывал активы не только от жены, что само по себе плохо, но и от Налоговой службы США. Дженна Хатэуэй налетела, как ангел мщения, и усадила его в федеральную тюрьму в Моргантауне на полные семь лет. Галликсен гадал, что могло означать появление Дженны, а я встал и подошел к ней.

– Спасибо, что пришли, – тихо сказал я.

– Вы уверены, что это подходящее место для разговора? – спросила она.

– Вполне. Судья вечно занята срочными делами по социальной защите детей.

– Оно явно недоработанное, а у вас хватило наглости передать его мне как законченное. Я добавила несколько страниц.

– Я так и предполагал. Давайте посмотрим, что у нас получилось.

Она достала из портфеля большую красную папку, в которой я передал ей соглашение. Взяв ее, я посмотрел на Галликсена. Он, не сводя с нас глаз, что-то быстро говорил своему клиенту.

– Я поправила некоторые выражения в показаниях Чарли и возможные наказания за похищение Шанталь Эдер, – сказала Дженна.

– Они чрезмерно строги?

– Возможно, вам покажется, что так и есть.

– Не возражаете, если я внесу свои изменения?

– Вы сказали, что у вас кое-что есть для меня.

Я обратил ее внимание на Брэдли Хьюитта, который смотрел на нас с некоторой тревогой. Мой жест был достаточно скромным, чтобы не компрометировать Дженну, и достаточно откровенным, чтобы впечатлить Брэдли.

– Вы не знаете, кто это?

– Нет, – сказала она.

– Его зовут Брэдли Хьюитт. Ваша контора расследует его участие в деле о коррупции. Помните, ваши ребята пытались установить подслушивающую аппаратуру в кабинете мэра и попались с поличным? Он один из посредников мэра. Сегодня он выступает против моего клиента. Можете послушать, что он скажет.

– Это дело меня не касается.

– Уверен, что федеральному прокурору захочется узнать, что Хьюитт сегодня скажет.

– Что-нибудь интересное?

Она взглянула на двери зала суда, посмотрела на часы.

– Ладно. Спасибо, Виктор.

– Спасибо вам, что принесли ее.

Прижимая к груди большую красную папку, я вернулся к столу адвоката. Галликсен оказался рядом со мной, прежде чем я успел сесть.

– Что она здесь делает?

– Это открытое заседание, – сказал я. – Может быть, пришла послушать показания.

– Бумаги. Всякое разное.

– Я не позволю вам задавать вопросы, касающиеся его бизнеса.