Меченый

– Хорошая работа. Хотел бы я ее заполучить.

– В ней есть свои взлеты и падения. Когда у Брэдли случались проблемы в бизнесе, я предпочитала держаться подальше от него, иначе целый месяц пришлось бы накладывать грим на синяки. Мне все еще нравилась новая жизнь, о которой я не могла и мечтать. Мне казалось, я любила этого человека, хотя он не всегда хорошо относился ко мне. Такая была у нас жизнь: спокойная, размеренная и немного рискованная. А потом я забеременела.

– Как на это реагировал Брэдли? – спросила Бет.

– Почти никак. Он думал, что я сделаю аборт. Нашел больницу, оплатил операцию. Но я не хотела аборт. Мне хотелось ребенка.

– Почему? – спросил я.

– Чтобы привязать к себе Брэдли? Не дать иссякнуть потоку его денег? Почему вам хотелось оставить ребенка, Тереза?

– Не знаю. Это же ребенок. Мне всегда хотелось иметь ребенка, поэтому я не собиралась избавляться от него, как от старого свитера или ненужной вещи.

– Да, – сказала Бет. – Понимаю.

Я посмотрел на своего партнера: «Действительно ли она понимает такое желание? Не по этой ли причине она последнее время выглядит подавленной? Или я по простоте душевной ищу простое объяснение?»

– Продолжайте, Тереза, – сказала Бет.

– Он пытался переубедить меня, кричал и даже побил, но я приняла решение и его слова были напрасны. Когда он это понял, то просто прекратил…

– Прекратил убеждать вас?

– Да. И видеться со мной тоже. Брэдли ушел из моей жизни. Мне было хорошо, я бросила пить, стала следить за собой и с помощью семьи родила прекрасную девочку, Белль.

Некоторое время мы были счастливы.

– Брэдли платил алименты? – спросил я.

– Время от времени он давал деньги для Белль, когда я звонила и жаловалась, но их было недостаточно. Я все еще жила в старой квартире, которую не могла себе позволить, и разрывалась между ребенком и работой. Когда меня уволили, жить стало сложнее. У меня не было другой специальности. Поэтому я решилась на самый отчаянный шаг.

Я невольно поморщился.

– И как это вам помогло?

– Почти никак.

Мы подали в суд, чтобы потребовать алименты. Брэдли подал встречный иск, требуя опекунства, и это меня взбесило, потому что до этого Белль его нисколько не интересовала. А потом ситуация приняла дурной оборот.

– Это как? – спросил я.

– Исход дела был предрешен. Да, у меня начались проблемы: я снова стала пить – это было наследие того времени, когда я жила с Брэдли, – и принимать легкие наркотики в том кругу, в который он меня ввел.