Меченый

В истории пяти соседских парней, совершивших ограбление века, было что-то восторженное, поэтому последствия преступления были такими плачевными. Тедди и Хьюго поменяли имена, и теперь я знал, почему они это сделали. Ральф и Джоуи не добились успеха в жизни, и теперь я знал причину. Жизнь Чарли стала абсолютным кошмаром, и теперь я понимал, с чем это связано. Их попытка заново открыть себя была основана на худшем из худших преступлений – убийстве ребенка. Откуда же у них могло появиться что-то яркое и радостное?

Я поднес руку к свече, посмотрел на часы.

– Нам нужно ехать. У вас все, Ронда?

– Конечно. Спасибо вам. Это хорошая история.

– Попридержите статью, как обещали. Когда я буду готов, сообщу вам, кем стал Тедди Правитц в новой жизни после ограбления.

– Это будет интересно читающей публике?

– Это наверняка будет на первых полосах, и вы попадете в штат. А теперь сделайте одолжение, отвезите Монику домой.

Ронда повернулась к Монике, которая, казалось, пребывала в ступоре.

– Нет, – сказала Моника. – Я останусь с Виктором.

– Это опасно. Тебе лучше уехать.

– Полиция сегодня вечером будет вскрывать подвал?

– Не отговаривай меня, Виктор. Это моя сестра. Кто-то из семьи должен присутствовать.

Я секунду подумал и кивнул.

– Поезжайте, – сказала Ронда. – Я приберусь.

Мы медленно направились к поросшей травой стоянке и забрались в одолженное Джоуи зеленое такси. Моника села сзади и прислонилась к дверце, как можно дальше отодвинувшись от Чарли. Тот наклонился вперед, нервно потирая руки, а Джоуи нетерпеливо застучал пальцами по баранке.

– Куда теперь, Виктор?

– Домой, – сказал я, нажимая кнопку вызова Бет.

Мы собирались отъехать, когда я увидел, что к нашей машине, прижимая сумочку, направляется Ронда.

– Подожди, – сказал я Джоуи, закрывая телефон.

Ронда облокотилась на оконный проем машины с моей стороны.

– Могу я задать еще один вопрос? Совсем о нем забыла.

Она повернулась к Калакосу:

– Чарли, вы говорили, что Тедди отдал вам Рембрандта, но не сказали, что вы с ним сделали.

Я оглянулся на Чарли – тот отрицательно покачал головой.

– Он не знает, что случилось с картиной, – ответил я. – Она исчезла.

– Правда? – спросила Ронда. – Не имеете представления?

– У меня есть одна идея, – сказал Чарли. – Чертовски хорошая идея.

– Чарли, успокойтесь.

– Нет, Виктор. Джоуи не хочет иметь ничего общего с картиной, и я тоже.

– Пусть забирает этот чертов музей. Меня будет тошнить от каждого цента, заработанного на ней.